В наступающем году, где свет и тьма переплетаются как звезды и планеты, Караг преодолевает свои страхи и учится быть не просто оборотнем, а лидером среди своих. В сердце каждого леса ждет испытание - и Караг готов к нему.
– Нужно действовать быстро, иначе может быть поздно, – умерила Тикаани их восторг. – Победить можно только… э-э-э… недавнее проклятие.
Я обратил внимание на молодого самца, стоящего рядом с Летним Ветром, у него был очень решительный взгляд.
– Чем мы можем вам помочь? – спросил он.
Мы быстро сообразили, что этот молодой самец влюблён в Летний Ветер. Его звали Друг Бизонов – потому что однажды во время охоты он предложил пощадить рогатую добычу. Я вспомнил о Брэндоне, и этот молодой волк мне сразу же понравился.
– Пока ничем, – ответил я, поразмыслив. – Сейчас наша очередь действовать, причём быстро. – И я продолжил, запинаясь: – Если нам удастся спасти Летний Ветер, то тогда мы сможем поговорить о территории?
Шона переглянулась с членами стаи.
– Нет. Тогда мы больше не будем говорить о территории, – коротко ответила она. – Но… тогда наша территория станет вашей территорией, – решительно закончила она, и у меня словно камень с души свалился.
Пумы не отличаются особым умением формулировать свои мысли.
"– О! Правда?! Как здорово! Спасибо! Очень великодушно с вашей стороны. Мы приложим все усилия, мы в любом случае постарались бы, прежде всего ради Летнего Ветра и…
И тут Тикаани меня толкнула – чтобы я наконец-то прекратил болтать. Она ничего не сказала, только задрала морду и издала короткий вой, словно скрепляя наше соглашение.
– В путь, – сказала она мне, и мы вместе с Табитой поспешили к нашим друзьям. В голове у нас крутилось множество планов, словно кто-то столкнул гравий вниз по крутому склону.
– Я думаю, нужно привить не только Летний Ветер, но и всю стаю, – сказала Тикаани. – На случай, если они встретят ещё одного больного зверя.
– Опуменная идея, – отозвался я. – Тогда они навсегда освободятся от проклятия.
– И у оборотней будет чуть меньше врагов. Это же здорово! – От восторга Тикаани подпрыгнула и сорвала с дерева лист. – Классно, если твоя семья вернёт себе прежнюю территорию. Тогда ты сможешь навещать родителей даже в учебные дни.
Мия, мои родители и Терри очень обрадовались нашим новостям. А потом отец, который почти всю жизнь провёл в горах в обличье пумы, сказал:
– Всё это отлично – но как нам раздобыть эту штуку? И сколько она стоит? У людей же всё, что касается здоровья, стоит баснословных денег, – тут он, конечно же, вспомнил, как сам оказался в человеческой больнице.
Тикаани еще раз заглянула в поисковик – и мы ужаснулись.
