В наступающем году, где свет и тьма переплетаются как звезды и планеты, Караг преодолевает свои страхи и учится быть не просто оборотнем, а лидером среди своих. В сердце каждого леса ждет испытание - и Караг готов к нему.
Терри попытался проследить за ней глазами и чуть не потерял равновесие:
– Вот это да! У меня от одного только взгляда голова закружилась!
Перед нами уже остановились несколько туристов, и голова у них явно не кружилась. Они только радостно и удивлённо щёлкали фотоаппаратами. Отлично!
– Мы начинаем! – объявил я и немедленно приступил к трюкам. Холли бегала по моим вытянутым рукам, вставала на задние лапки, делала сальто у меня на голове и изображала шутливую охоту на Тикаани – а белая волчица при этом кружилась, подпрыгивала и садилась на задние лапы.
– Можешь собрать деньги? – попросил я Терри. Зрители пришли в восторг, когда пушистый пёсик, зажав в зубах козырёк моей бейсболки, виляя хвостом, пошёл от зрителя к зрителю. В кепку посыпались монеты и даже купюры. Мы все сияли от радости – правда, у тех, кто сейчас был в зверином обличье, улыбку было не разглядеть.
И тут мне пришла в голову ещё одна идея.
– Кто хочет сфотографироваться с белкой и волкособом? Одно фото – пять долларов, – объявил я, и кепка стала наполняться ещё быстрее.
Сильверы тоже подошли.
– Ой, смотри, какая прелесть! Белка просто вылитая Салли, которая заходит к нам в гости! – восторгалась Дорис.
– Точно. Интересно, эта малышка тоже так сильно любит орешки? – Кенни фотографировал без остановки.
Не дожидаясь моих указаний, Холли прыгнула на плечо к Дорис и прижалась к её уху. Дорис сфотографировалась, сияя от счастья, а потом полезла в кошелёк за деньгами.
– Вот ваши пять долларов, – сказала она, протянув мне деньги.
Холли при этом страшно развеселилась:
– Ха-ха-ха, теперь нужно платить, если хочешь сфотографироваться с приёмной дочерью!
– Нет-нет, для вас это бесплатно, – смущённо сказал я Дорис, отказываясь брать купюру.
– Ну ладно, спасибо, – удивившись, согласилась она. – Очень мило с твоей стороны.
Неприятности подстерегли нас в облике толстяка в клетчатой рубашке, который вышел из ресторана и некоторое время, нахмурившись, наблюдал за происходящим. А потом направился прямо к нам.
– У тебя есть разрешение на выступление? И почему собака без поводка? Ты что, не знаешь, что в Национальном парке собаки всегда должны быть на поводке? – набросился он на меня.
