Автор
Две ночи назад она остановилась перед могилой своего возлюбленного. Теперь Даша снова возвращается туда каждый день, надеясь найти смысл случившегося. Каминная комната напоминает ей о грустной атмосфере, заставляя сердце колотиться с каждым шагом к подземелью кладбища, где душа ее бессмертна и бесчувственна.
– Увидев вас в ту ночь, он понял, что нажил проблем, хотел скрыться, но уже слишком слаб – у него туберкулез в последней стадии, поэтому…
– Так, короче – сейчас мы собираемся и быстренько едем к этому вашему боязливому приятелю. – Коваль решительно встала из кресла, но Хохол удержал:
– Не кипи! Ты ведь слышала – тубик у него, нельзя тебе туда.
– Отвали! Я целоваться с ним не стану, как ты понимаешь. Надену маску, ничего не будет.
– Да с твоими легкими там и в противогазе появляться опасно! – рявкнул Хохол. – Я поеду сам, а ты останешься дома. Все, я сказал! – заметив, что она собирается возразить, еще громче заорал он. – Прекрати этот гнилой базар, Коваль!
– Давайте все дружно остынем и не будем пыль до потолка поднимать, – спокойно предложил детектив, с интересом наблюдавший за тем, как кто-то осмелился повысить голос на саму Наковальню. – Вам, уважаемый, тоже вряд ли удастся пообщаться с клиентом.
– Это почему? – поинтересовался Хохол, у которого, если надо, даже камни разговаривали.
– Если не ошибаюсь, вы и есть Жека Хохол? Ну, так о вас отдельная тема была, так сразу и предупредил – Хохол, мол, пусть вообще не появляется.
– Не пойму, что за хрен с горы. – Хохол закурил и посмотрел на Марину. – Тебя боится, меня боится, ментов боится – в зеркало-то хоть смотрит или тоже в дрожь кидает?
– Поверьте, у него есть основания бояться всего и вся.
– Ну и что – тупик? Как с ним общаться? – спросила Коваль, немного успокоившись. – Вы не узнали, кто он, Иван?
– Узнал, Марина Викторовна, – со вздохом сказал Иван. – Хотя, если честно, это удалось мне с огромным трудом.
– Понятно, в долгу не останусь, – перебила она нетерпеливо. – Кто?
– Дело не в деньгах. Я не уверен, что вам стоит слышать его имя.
– Все, бля, достал! – заорала Марина, вскакивая. – Говори – КТО?!
– Как его зовут сейчас, я не знаю, но в прошлом его звали Денис Нисевич.
Марина почувствовала, как шатается потолок над головой, как из-под ног ускользает кафельный пол. Если бы не Хохол, мгновенно заметивший ее состояние, она разбила бы голову о плитки, выстилающие кухню.
– А я ведь предупреждал, – донеслось до ее затухающего сознания. – Этот человек сразу сказал, что Марина Викторовна вряд ли обрадуется тому, что он жив. И в его планы совсем не входит новая встреча с ней.
– Так, короче, Пинкертон, – решительно проговорил Хохол, поднимая Марину на руки. – Ты пока свободен, езжай в город. Я позвоню тебе вечером, и мы решим, что и как делать.
