Автор
В зале все умолкли от моего вопля: я рассчитывала на одного мужчину, а получил двоих! Теперь я ненавижу весь этот инцидент. Услышав объяснения о контракте, хочется ударить себя по голове — я не прочитала его внимательно. Но даже если кто-то узнал что-то, это все равно остается между двоих за закрытыми дверями благодаря неразглашаемости личности....
Виктор Романович делает это не всегда, но в последнее время довольно часто. Поэтому на работу я хожу как синий чулок, чтобы не привлекать к себе внимания. Мешковатый костюм на два размера больше меня, иногда дополняю его черными очками в толстой оправе. Я хорошо вижу и без них, но в очках я как будто спрятана. Волосы я, конечно же, забираю в толстый пучок, чтобы не мешались в работе. Ну и для дополнения образа синего чулка.
– Сейчас принесу, Виктор Романович, – отвечаю по внутренней связи.
Кладу то, что принесла для себя, и теперь направляюсь за папками в архив, что находится на первом этаже.
Сегодня в приёмной многолюдно. К боссам хотят попасть многие, начиная от солидного мужчины в деловом костюме и до молодой девушки в эффектном красном платье с вырезом до середины бедра и на огромной шпильке.
Я иду дальше и спускаюсь на лифте вниз, почти в самый подвал. Здороваюсь с заведующей архива и прошу ее дать отчет за весь две тысячи шестнадцатый год. Женщина, заведующая всем этим царством, добродушно кивает и уходит вдоль многочисленных полок. Через минут пять она приносит все, что мне нужно.
– Ой! – едва успеваю сказать, и все увесистые папки летят на пол вместе со мной. Не успеваю что-либо предпринять для смягчения падения и больно ударяюсь коленкой.
Открываю глаза и вижу перед собой две идеально начищенные пары обуви.
– Ииизвините… – только произношу я, мямля. Щеки начинают краснеть под их взглядами. Хочется скорее спрятаться.
– Клуша, – слышу в свой адрес от Олега. Мне становится обидно почти до слез. Почему это я клуша – я не виновата, что папки такие тяжелые и большие. А лифт дернулся, и я потеряла равновесие.
