Военные спецподразделения. Рядовой Безукладников служил с полной самоотдачей, но каждая операция оставляла следы — и личные, и профессиональные. Теперь майор работает в полиции по призванию, каждый день рискуя жизнью ради службы, но внутренние конфликты все еще не дают покоя его подсознанию....
– Кто ты такой?
Родников настроил объектив таким образом, что в кадре оказались двое – стоящий на коленях убийца и, во весь рост, боком к камере – Ворон.
– Мое настоящее имя никому ничего не скажет, – пробурчал, злобно щурясь, киллер, глядя прямо в объектив камеры. – Но те, с кем я работал, знают меня под кличкой Механик…
– Ты наемный убийца, – утвердительным тоном произнес сыщик."
"– Я – профессиональный киллер! – с достоинством возразил Механик, испепеляя взглядом смотревшего в окуляр Родникова. – И тебе это известно.
– Ты знаешь, кто я? – холодно спросил Ворон.
– Такой же киллер. Твоя кличка – Ворон! – с вызовом выпалил Механик. – Ты тоже получаешь деньги за убийство людей!
– Предположим, – произнес сыщик. – Но, в отличие от таких мерзавцев, как ты, я уничтожаю только самых страшных преступников, которых язык не поворачивается назвать людьми, ту мразь и нечисть, которая не имеет права на существование! Тебе же безразлично, в кого всадить пулю – в мужчину, женщину, в ребенка, в беспомощного старика, если тебе заплатили!.
– Бизон, – чуть слышно произнес Механик, потупив взгляд. – Янис Калбергс. Он заплатил за тебя четыреста пятьдесят тысяч баксов.
– Но вместо того, чтобы выполнить вынесенный мне приговор, ты попался сам, – с усмешкой констатировал Ворон.
– Примерно пятьдесят, – не задумываясь ответил Механик. – Я не веду подсчета трупов.
– Назови имена людей, которых ты ликвидировал. Все, которые помнишь.
– Да пошел ты, пидор! – вдруг взорвался не вынесший унижения киллер. – Лучше поцелуй меня в жопу! Жаль, что не удалось грохнуть тебя так же, как того ментовского майора из СОБРа и его стукача месяц назад! Его мозги разлетелись во все стороны! Ха-ха! Можешь убирать своего поганого холуя с камерой! – рявкнул Механик.
Случайно взглянув на Родникова, Ворон заметил, как при упоминании о гибели майора СОБРа изменилось лицо журналиста. Глаза Родникова загорелись такой злобой, будто он был готов вот-вот вцепиться в горло закатывавшемуся от хохота киллеру.
