Скарлетт пробыла целых семь лет без ответа на свои письма. Теперь, наконец, Легендо откликнулся — и ее чувства заискрились ярче обычного, как свежая зелень травы, желтизна кипящего меда и огненный красный углей. Начало приключений ждет на страницах этой книги.
Его поцелуй оказался куда более соленым и крепким, чем прикосновение рук – той, что ласкала позвоночник, и другой, обхватившей талию. Он прижимал ее к себе столь отчаянно, будто боялся, что она выскользнет из его объятий. Она и сама льнула к нему, наслаждаясь ощущением его сильных мускулов.
Он что-то бессвязно бормотал, слишком тихо, чтобы она могла расслышать. Она догадалась, что он хотел сказать, когда он проник ей в рот, позволяя ощутить прохладу его языка и кончиков зубов, которыми прикусил ее нижнюю губу. Каждое касание порождало взрыв невиданного ею доселе цвета, мягкого, как бархат, и острого, как искры звезд.
29
В ту ночь задержавшаяся на небе дольше обычного луна наблюдала серебристыми очами за тем, как Хулиан осторожно взял Скарлетт за руку и снова поцеловал в губы, нежно и неторопливо, без слов заверяя, что не намерен отпускать.
Будь они героями другой истории, простояли бы, обнявшись, до рассвета и наблюдали бы, как пробудившееся солнце раскрашивает штормовое небо радужными красками. Но магия Караваля строго подчинялась времени суток: спящая в дневные часы, она вновь пробуждалась к жизни на закате. А эта ночь должна была вот-вот закончиться. Почти все искрящиеся рубиновые бусины пересыпались из верхней части песочных часов Кастильо Мальдито в нижнюю и теперь лежали там, подобно опавшим лепесткам роз.
Скарлетт посмотрела на Хулиана.
– Что такое? – спросил он.
– Кажется, я догадалась, в чем состоит последняя подсказка. Это розы.
Скарлетт вспомнила вазу с двумя цветками, стоящую рядом с коробкой с платьем. По глупости она предположила, что их послали вместе. Она не знала их значения, хотя то и дело встречала в игре, так что имело смысл предположить, что они являются частью пятой подсказки и символизируют что-то еще помимо скорбной дани уважения почившей Розе.
– Нам нужно вернуться в «Стеклянную змею» и взглянуть на розы, – объявила Скарлетт. – Возможно, к вазе прилагалась какая-нибудь записка или мы обнаружим особенные лепестки.
– Что, если твой отец перехватит нас по дороге туда?
– Мы воспользуемся подземным ходом.
Скарлетт потащила Хулиана через двор замка. На улице было довольно прохладно, но в заброшенном саду воздух казался особенно холодным. Со всех сторон их обступили похожие на скелеты растения, а унылый фонтан в центре меланхолично выводил песнь сирены.
– Не кажется мне твоя затея хорошей, – заметил Хулиан.
