В уральском Академическом районе Череп - супергерой бандитского масштаба, которого все знают по его излюбленной повязке. Здесь же люди скромно называют место Академическим, но на Черепа критикуют как неудачника.
А я вот их веселья не разделяла, совершенно. Нет, парни у меня были в целом мирные, довольно вменяемые и даже не обделенные вкусом, талантом и вдохновением. Вот только применяли они все эти свои положительные стороны исключительно в угоду собственному изощренному чувству юмора.
Про то, что совесть и любовь к ближнему своему у них отсутствовали в принципе, утонять думаю не надо?
— Но клево же было, — хихикнула Инка, сдув прядь волос с носа и вертя в пальцах огрызок карандаша. Второй такой торчал за ухом.
— Ага, — скептично фыркнула, скрестив руки на груди. — Особенно мне, на ковре у декана. Я так не краснела, даже когда яблоки на соседней ферме тырила и от сторожа улепетывала, с риском получить заряд соли пониже спины. И повторять такой опыт как-то не тянет, нервы мне мои дороже. Ну так что? Поможете?
— А есть варианты? — после секундного молчания, не менее скептично переспросила Жанка, дернув точеным плечиком в рваной майке. — У тебя щас такое выражение лица, ну чисто дите малое, у которого конфетку отобрали. Даже если и желание не горишь, а все равно совесть мучить начинает заранее! И вообще…
— Короче, — приложился рукой по столешнице, Макаров оборвал все дальнейшие рассуждения. И, обведя притихших дам суровым взглядом, вперился им в меня, недовольно протянув. — Ладно, Каркуша. Мы тебе поможем. Но взамен ты обещаешь в течение всего оставшегося учебного года нас не видеть, не слышать и не знать, где мы можем обитать. Договорились?
— Договорились, — довольно улыбнувшись, я пожала протянутую руку нашего местного панка и, оглядевшись по сторонам, выудила из рюкзака еще одну пачку распечаток. — Вот, тут все, что мне нужно, в каком виде, примерные наброски, ну и… Все, что может, в принципе, пригодится. С вас смета к пятнице. Лучше в первой половине дня, что бы я декана поймать успела. И да, срок на изготовление максимум три недели. И нет, это не я такая сволочь… Это жизнь такая с… Ну вы поняли, да?
— Вали уже, несчастье, — махнула рукой Инка, вычитываясь в мелкий шрифт и вглядываясь в мои схематичные наброски. Пишу я, как курица лапой, так что ребятам предстояло еще расшифровать все, что там написано, а потом уже ругаться по поводу объемов, масштабов и сроков. — Ну ешкин кот, Каркуша! Заведи ты себе штатного писаря, что ли?! Твои каракули проще сжечь, чем разобрать.
— Настоящие рукописи не горят, — многозначительно подняв палец вверх, я вернула козырек бейсболки на его законное место и, прихватив рюкзак, удалилась в неведомую даль.
