Последний месяц уходящего года подарил Ренну первые снегопады. Серый рассвет омрачен был лишь первыми хлопушками в виде белой пудры, которые кружились над городом. Я одна из первых на улицах, и по-детски радуюсь оставлять свои следы на чистой снежной глади.
Написав адрес, мужчина бросил взгляд в мою сторону – такой же тёмный, непонятный, от которого дрожь шла по телу, и сказал:
– Только смотри, девочка, чтобы конфеты были с восторгом, как и обещала.
Я молча поклонилась в ответ.
Открылась и закрылась дверь, звякнул колокольчик, и мы с Маффино остались в лавке одни. Я вспомнила про тесто, которое уже грозило перевалиться через край, и принялась энергично его подбивать, а хозяин подошел прочитать адрес.
– Мне показалось, или он и правда назвал Ренн своим городом? – спросила я у господина Маффино.
Ответом мне было странное сипение и пара нечленораздельных звуков.
Испуганно обернувшись, я увидела, что господин Маффино стоит, вцепившись в столешницу, и хрипит, будто у него в горле застряла рыбья кость, а глаза торговца готовы были выскочить из орбит.
– Что с вами? – я бросилась к нему и помогла усесться на скамейку, где только что сидел щедрый посетитель.
Маффино ответил мне не сразу.
– Это… это… – еле выговорил он, – это был господин де Конмор!.. Синяя Борода!.
Синяя Борода!.. Я взглянула на столешницу, прочитав адрес: дом графа де Конмор. Ошибки быть не могло – адрес написан чётким, размашистым почерком.
– Может, это не сам граф, – утешила я толстяка. – Может, один из слуг. Вот уж было из-за чего пугаться. Начинайте-ка разделывать тесто, а я займусь формами.
– Кто-то из слуг?! – взвизгнул Маффино. – Да ты видела его бороду? Синяя!
– А мне показалось, что черная, – пожала я плечами. – В любом случае, это не граф. Граф не может походить на чудовище.
– Он и есть чудовище! – тем не менее, Маффино вскочил и повязал волосы платком, готовясь колдовать над тестом. – Он убил семь своих жён! Если бы не протекция короля, его бы давно казнили!
– Не верю, что король стал бы смотреть на подобные зверства сквозь пальцы, – ответила я беззаботно, выставляя в ряд металлические формочки и смазывая их маслом. – Семь благородных леди просто так не убить. Их родственники устроили бы мятеж. Слышала я эти рассказы – женился ради денег, убил бедняжек… По мне, так всё – сплетни.
– Кстати, о шоколаде, – мысли господина Мафино постепенно перетекали в деловое русло. – Ты мне шикарную сделку сорвала, Бланш! Любую другую я бы лишил недельного жалования."
"– Ах, господин Маффино, – надула я притворно губы, – как же узко вы мыслите. Торговля держится за счет постоянных клиентов, поэтому их нельзя обижать.
