Когда кристал взрывается с такой силой, что ни один человек не в состоянии его увидеть или прикоснуться к нему — это еще большая трагедия. Он жжет, причиняя невыносимую боль. Единственный способ спрятать этот алмаз — перекроить его в десятки подобных, но из стекла и распределить по всему миру, чтобы никто не мог его найти....
Депресняк обнаружил, что хозяйка проснулась, и пришел к ложному выводу, что она проснулась затем, чтобы сделать для него что-нибудь хорошее. Зная, что иначе он не отцепится, Даф открыла холодильник и бросила Депресняку тонкую, поразительной длины сосиску – то ли датскую, то ли немецкую. Кот удивленно мотнул головой, на всякий случай ломая сосиске несуществующий шейный позвонок, после чего сожрал ее целиком и благодарно мяукнул со звуком напильника, которым вздумали поскрести ржавчину.
Внезапно кто-то постучал в стекло.
Улита была в настроении расслабленном. Чувствовалось, что к Дафне она зашла без особой цели.
– Привет, светлая! Скажи, в Москве когда-нибудь закончатся дожди?
Даф ответила, что не знает, но что вообще-то в Подмосковье полно лесов и их нужно поливать.
– Нужно… должен… обязан… До чего мне эти слова надоели, ты бы знала! Меня от них воротит! – лениво сказала Улита, ловко вспрыгивая на подоконник.
– А какие слова тебе нравятся? – спросила она.
По реакции Улиты было заметно, что об этом она никогда не задумывалась.
– Ну не знаю. Когда мне говорят, какая я хорошая и как меня любят! – сказала она томно.
– То есть тебе это должны говорить?
– Должны, – неосторожно подтвердила Улита.
– Вот видишь. Этого слова все равно избежать не удалось.
– Ну и чихать!.. Разве тебе не лень?
– Лень, – согласилась Даф.
Улита с недоумением оглянулась на нее и вопросительно коснулась пальцем виска. Она не увидела тут ничего хорошего.
– Истинную полезность дела можно определить по степени лени, которую ты при этом испытываешь. Если лень тебя пинает и кусает, значит, ты движешься в правильном направлении. Если же дует в спину и помогает идти, значит, скорее всего ведет не туда, – пояснила Дафна, отгоняя ногой Депресняка.
Сверху, этажа с третьего, просвистела бутылка. Попыталась разбиться о газон, но не сумела и мирно улеглась на травке. Кто-то высунулся в окно и заорал.
– Кажется, бочку катят не только на нас, но и на весь белый свет, – прислушавшись, сказала ведьма.
Дафна потянулась за флейтой, чтобы сыграть успокаивающую маголодию, однако Улита ее опередила. Она вскинула вверх руку и буднично произнесла: «Пуф-пуф-пуф!» Указательный палец бесшумно отплюнул три гильзы.
