Такие эйдосы мы рано или поздно возвращаем, поскольку мраку их все равно не удержать. Это так же невозможно, как нельзя бесконечно прятать под водой надутый шар. Но опять же – все упирается во время. Порой это занимает десятилетия и даже столетия. Мрак очень увертлив. Нам нужен рычаг воздействия на мрак. Таким рычагом станет путь через Тартар. Открытая граница. Лигул понимает только аргументы силы.
– Но если вы понесете карту, вы не сможете вернуться назад! – быстро сказала Даф.
– С собой мы берем припасы. Они помогут продержаться дней десять… Даже, возможно, две недели. За это время может случиться чудо, мы отыщем вторую половину карты и найдем обратный путь.
Даф задумалась и нашла, как ей казалось, гениальное решение.
– А если взять много припасов? Очень-очень много! – предложила она.
Троил улыбнулся. Примерно так мог бы отреагировать разведчик, которому из лучших побуждений посоветовали взять с собой пушку и четыре вагона снарядов и ползком пересечь с ними линию окопов противника.
– Это ничего не решает. Две недели – предельный срок. Дольше в Хаосе не выжить ни одному златокрылому. Никакие запасы тут не помогут.
– Но вы ГЕнеральный страж! Вы не должны…
– Именно потому, что я генеральный страж, я и обязан! – оборвал её Троил. – Ты не одинока! Есть и другие, которые отказываются понимать, – он с горечью кивнул на кристалл, явно имея в виду Ратувога. – Это у мрака верховный предводитель отсиживается в тени и оттуда бросает в бой всё новые орды. У нас же не должно быть так, или даже уничтожение мрака нам ничего не даст. Убивший змея сам станет змеем! Мы отличаемся от стражей мрака не тем, что они используют клинки, а мы дудочки!..
Троил достал свою флейту, со щелчком примкнул к ней штык и потряс, проверяя, крепко ли он фиксируется. Затем вновь вытащил штык и вложил его в ножны на поясе. Даф впервые поняла, что штыком можно пользоваться еще и как кинжалом.
– Всё равно я не понимаю! – робко возразила она. – Многих можно заменить, но не вас! Что будет делать свет, если лишится Генерального стража? Это не логично!
– Там, где есть логика – нет истины. Истина сама творит себе логику, но никак не наоборот. Запомни это раз и навсегда и тогда ты поймешь, что единственное существо в мире, которое не достойно жалости, – это ты сам, – сказал Троил.
Видимо, не надеясь уже отделаться от Дафны, он первым вышел из кабинета. Нагрудник он нес в руке. Даф видела переплетение ремней, часть из которых была сношена. Дафна не сразу бросилась за Троилом. Еще несколько секунд помедлила.
«Ну вот! В кабинете Генерального стража я одна! Значит, теперь я генеральный страж!» – подумала она, испытывая мгновенный соблазн присесть на стул Троила.