Автор
Дебора Сент-Джеймс вздохнула, разглядывая свой счет с недовольством. Внезапно привычная проблема меланхолии исчезает вместе со столовыми ложками эспрессо и чашкой горячего молока с пенкой. Дебора чувствует, как атмосфера вокруг становится более ясной и открытою, словно шторы распахнулись на свет....
То есть не из-за кучи всяких моих глупостей. Все дело в моих волосах. Вообще-то они у меня не такие.
Сент-Джеймс терялся в догадках, что она имеет в виду: стрижку или цвет. И то и другое производило удручающее впечатление. Казалось, волосы подстрижены маникюрными ножницами и электрической бритвой. Девочка очень напоминала Генриха V, каким его можно видеть в Национальной портретной галерее. Цвет волос имел оттенок лососевого и конкурировал с неоновой курткой. Краска явно наносилась с энтузиазмом, но без всякого умения.
— Мусс, — неожиданно произнесла она.
— Что? Не понял.
— Мусс. Ну, понимаете, краска для волос. Она должна была дать лишь красноватый оттенок, а получилось вот что. — Она засунула руки в карманы куртки. — Мне просто не везет. Все против меня. Попробуйте найти в четвертом классе парня моего роста. Я думала, если покрашу волосы, меня заметят парни из пятого или шестого. Глупо. Я понимаю. Можете мне не говорить. Мама пилит меня уже три дня: «Что мне с тобой делать, Джози?» Джози. Это я. Мама и мистер Рэгг — владельцы этого отеля.
— Пожалуй, перестала. Да.
— А я еще нет. Доктор говорит, я буду выше шести футов. Мол, это наследие викингов. Он смеется и хлопает меня по плечу, типа, что надо понимать шутки. Ну, на фига викингам понадобился Ланкашир, вот что мне интересно.
— А твоей матери наверняка будет интересно узнать, что ты делала у реки, — заметил Сент-Джеймс.
Джози слегка порозовела и замахала руками:
— Река тут ни при чем. Вообще, ничего плохого. Правда. Это только маленькое одолжение. Просто упомяните мое имя, мол, ваша дочь встретила нас на площадке для автомобилей, миссис Рэгт. Высокая. Но нескладная. Сказала, что ее имя Джози. Очень воспитанная девочка. Если вы это скажете, мама, возможно, немного ослабит свою хватку."
"— Жо-зе-фина! — донесся из недр отеля женский голос. — Жо-зе-фина Юджиния Рэгг!
Джози поморщилась:
— Не переношу, когда меня так называют.
Вообще-то похожа. При высоком росте она еще и двигалась с неуклюжестью подростка, внезапно почувствовавшего свое тело и пока еще не привыкшего к этому. Сент-Джеймс подумал про собственную сестру в том же возрасте, тоже страдавшую от своего роста, орлиных черт лица, до которых еще не доросла, и от ужасного, бесполого имени.
