Автор
Дебора Сент-Джеймс вздохнула, разглядывая свой счет с недовольством. Внезапно привычная проблема меланхолии исчезает вместе со столовыми ложками эспрессо и чашкой горячего молока с пенкой. Дебора чувствует, как атмосфера вокруг становится более ясной и открытою, словно шторы распахнулись на свет....
«Сидни, — сардонически представлялась она, — последний из сыновей Сент-Джеймс». Она тоже привыкла к многолетним насмешкам своих одноклассников.
И он строго сказал:
— Спасибо, Джози, что встретила нас на автостоянке. Всегда приятно, когдга тебя кто-то встречает.
Лицо девочки просветлело.
— Да. О да, — ответила она и направилась к двери, через которую они вошли. — Я вам отплачу. Вот увидите.
— Не сомневаюсь в этом.
— Сейчас ступайте вперед через паб. Вас там кто-нибудь встретит. — Она махнула рукой на дверь в противоположной стене.
Далее последовало долгое объяснение, почему она шлепала в таких огромных сапогах
— Мои губы запечатаны, — пообещал ей Сент-Джеймс. — А у тебя, Дебора?
— Тоже.
В ответ Джози ухмыльнулась и выскользнула в дверь.
Дебора подобрала костыли Сент-Джеймса и оглядела L-образную комнату, служившую гостиной.
— Ну? — спросила она.
— Как дома, — ответил он.
— Или как в чьем-то доме. — Она первая направилась в паб.
Вероятно, они прибыли в дневной перерыв. Никого не было ни за махагоновой стойкой бара, ни за столиками такого же цвета, застеленными оранжево-бежевыми салфетками. Они шли, обходя столики и стоявшие возле них стулья и табуреты, под низким потолком, его тяжелые балки почернели от многовекового дыма и были украшены разнообразными и затейливыми медными украшениями от конской сбруи. В камине тлели угли, иногда потрескивая от лопавшейся смолы.
— Куда она подевалась, противная девчонка! — раздался грозный женский голос.
