Автор
Ведьмака-попанку забрал в свои коварные руки загадочная сила. Теперь наша героиня обладает невероятными способностями — чары, способные изменить всю ее жизнь. Проникнитесь дрожью от происходящего, когда обычную жизнь переплетается с неумолимой силой и приключениями в этой особенной вселенной....
Если она не докажет, что в ней есть королевская кровь, то ее никогда не признают законной дочерью Дамиана Пятнадцатого.
— Не бойся, дорогая, — прошептала я. — Больно будет совсем чуть-чуть. Представь, что тебя укусил комар. Или ты поранила пальчик о шип розы.
— Я не хочу! — девочка закусила губу, готовая вот-вот расплакаться.
— Это нужно сделать, моя хорошая! — я и сама уже с трудом сдерживала слёзы.
— Пообещай, что не бросишь меня! — попросила она, глядя мне прямо в глаза.
Что мне оставалось делать? Я пообещала и сразу увидела, как изменилось лицо Алестера.
Но разве я могла поступить по-другому? Он взрослый, сильный мужчина. И он король! И однажды он непременно найдет себе другую женщину, которая сможет сделать его счастливым. А Армель всего лишь маленькая девочка, в жизни которой и так было слишком много невзгод и предательств. И хотя она королевская дочь, она еще ребенок. И я ей нужна.
Армель коснулась указательным пальчиком острой вершины пирамиды и вскрикнула, отдернув руку. На золотом артефакте осталась рубиновая капелька.
В одну из сторон пирамиды был вставлен огромный прозрачный драгоценный камень. И когда капля крови, скатившись по едва заметному желобку, коснулась его, он подсветился слабым голубоватым светом."
"Я облегченно вздохнула, надеясь, что проверка пройдена, и только потом заметила, что на лице старого мага появилось растерянное и немного испуганное выражение.
— Что это значит, Терренс? — громко спросил король Дамиан.
Он весь подался вперед, и лицо его стало еще более бледным, чем прежде.
— Простите, ваше величество, но эта девочка никак не может быть вашей дочерью, — залепетал тот в ответ.
— Не может? — охнула я. — Но ведь камень стал голубым! Разве этого не достаточно?
Я ничего не понимала в магических артефактах, но мне показалось, что раз камень изменил свой цвет, то это должно что-то значить.
— Этот цвет слишком бледный, мадемуазель, — пояснил Терренс.
— Примесь королевской крови? — изумился и сам король Дамиан. — Терренс, ты противоречишь сам себе!
— Эта примесь слишком незначительна, ваше величество. Она свидетельствует о том, что среди предков этой юной мадемуазель был кто-то из членов королевской семьи Арвитании. Но это был очень далекий предок, скажем, поколений пять или шесть назад.
