Автор
Новый год не принес ни счастья, ни удачного события для Зволянского — его зам на службе Министра внутренних дел вызвался к нему ночью. Атмосфера в здании Департамента полна стресса и напряжения: каждый переживает за результат своих решений, неизвестно что ждет завтра.
— Как дважды два. Ваш приезд его подтолкнул. Глядите, Алексей Николаевич. Не вышло бы боком.
— Кому, мне?
— Не мне же.
— Плевал я на вашего астронома.
— Ну-ну…
Весть была неприятная. Зять намерен жаловаться, это ясно. Вот, приехал ревизор, задает вопросы, репутация страдает… Ночная кукушка дневную перекукует. На всякий случай надо запастись свидетельскими показаниями почтенных людей, лучше под роспись. Придется побеспокоить Прозумента.
Сыщик отправился на Подол. Старик подрядчик жил в двухэтажном особняке на Спасской улице, недалеко от Александровской площади.
Лыков нажал кнопку воздушного звонка. Дверь быстро распахнулась, и высунулся юноша в студенческой тужурке, курчавый, с умненьким лицом. Изя!
— Вы к кому?
— Здравствуйте, Израиль Львович. А Лев Моисеевич у себя?
— Он на месте.
— Лыков.
— Следуйте за мной, пожалуйста.
Они поднялись на второй этаж и оказались в маленьком кабинете. Прозумент сидел со счетами в руках и гонял костяшки, занося полученные цифры в ведомость. Очки на носу делали его похожим на ученого раввина.
— Папа, к тебе.
— А, господин чиновник особенных поручений. Вам таки опять понадобился старый жид?
— Папа!
— Изя! Иди лучше приготовь нам русского чая. Господин Лыков из Петербурга, он не станет пить что попало.
Когда студент вышел, хозяин спросил, пытливо глядя на гостя:
— Скажите мне сначала вот что, Алексей Николаевич. Имение Нефедьевка в Костромской губернии принадлежит Лыковым-Нефедьевым. Это случайно не ваше?
— Нет, но моих сыновей. Я просто Лыков и числюсь там опекуном. А у них двойная фамилия и права на имение. Когда станут совершеннолетними. А что?
— Вы продаете сюда свой лес?
Сыщик терпеливо пояснил:
— Я жуликов ловлю. А лесом торгует мой управляющий Титус.
— Таки сведите меня с ним. Я буду ваш комиссионер на всем юге.
Увидев сомнение на лице Лыкова, старик хлопнул себя ладонями по коленям:
— Соглашайтесь. Можете спросить кого угодно: старый Прозумент не обманет. Да, я хочу свой процент. Но заработаю его, а не украду у вас. Надо жить с оборота!
— Лев Моисеевич, я напишу Титусу, он с вами свяжется через телеграф. Дайте мне адрес.
— Вот он: Киев, центральный почтамт, «Подряд». Я оплачу ему телеграммы.
