Ночь прошла спокойно, если не считать тявканья пары приблудных шакалов, страдавших от ночного холода."
"Спали плохо, хотя постелили нарезанной лозы и сбились в кучу. Ночью крепко подморозило, а под утро налетела короткая метель. Несколько минуту ветер свистел в кустарнике и сек по лицам колючими снежинками. Потом заряд непогоды иссяк, и стихия понеслась дальше – на юг.
С рассветом низкие тучи разошлись, выглянуло солнце, и продрогшие бойцы стати завтракать все той же свининой. Других припасов у них не было, а воду добывали из копанки. Она оказалась слегка солоноватой, однако жажду утоляла хорошо.
– Нужно на разведку сходить, – сказал Углук, когда пришло время принимать какое-то решение. – Ждать нам нечего. Прорвемся в тюрьму, выпытаем, где содержат его милость, заберем лошадей – и назад, в Ливен.
– Сначала в Харнлон, – напомнил Рыпа.
– Ну да, сначала в Харнлон.
– Можно я в разведку пойду. А то совсем замерз, – попросился Одигул.
– Конечно, – согласился орк. – Вот с папашей и пойдешь.
Послышался негромкий свист, все повернулись в сторону сторожевых высоток и увидели Свинчатку – он призывно махал рукой, видимо подзывая Углука, но побежали к нему все, и когда они, запыхавшиеся, взобрались на вершину дюны, увидели на песчаной равнине две точки – это были всадники, двигавшиеся с юго-востока.
– Спешат куда-то… – заметил Фундинул.
– Да, – поддержал его Углук. – Напуганы очень, а второй едва в седле держится.
Всадники приближались, и уже было видно, что второй порядочно отставал от первого. Он то и дело падал на шею лошади, а ехавший первым даже не оборачивался, продолжая отчаянно понукать шпорами измученную лошадь – ее бока были изодраны в кровь.
Вскоре отстающий всадник не удержался в седле и упал на песок, лошадь сделала еще несколько шагов и остановилась.
– Фундинул, давай за мной, остальные остаются здесь!
Орк и гном помчались через кустарник, выбежали на открытое место и, оглядевшись, побежали быстрее. Выглядело это забавно – огромный орк с трофейным мечом в руках и квадратный гном с подобранной дубинкой.
Когда они подбежали к упавшему, лошадь испуганно попятилась, но не ушла. Раненый был еще жив, это оказался истекающий кровью вердийский кавалерист с прорубленной косым ударом кирасой.
– Эй, приятель… – Фундинул коснулся лица раненого.
Тот открыл глаза, но как будто ничего не видел.
– Кто тебя ранил? Кто тебя ранил, приятель?
Вердиец не отвечал.
– Что толку, он ведь не понимает ярити, – сказал Углук.
– Наверное, – вздохнул гном и поднялся.
– Королевские всадники… – неожиданно прошептал вердиец и попытался приподняться.