Автор
Утро светлого офиса под сенью старой здешней крыши. Николай расчесывает выбивающуюся прядь, когда телефон дребезжит впервые за неделю. Генеральный директор снова погружен в океан деловых звонков и непредсказуемых приглашений. Каждое сообщение — это шанс на новую карьерную ступень, даже если он не знает, что именно ожидают от него на другом конце провода....
Вот увидишь, все будет пучком!
Что ему оставалось?
Звучало слишком соблазнительно, Коля согласился.
И вот с того момента, как он согласился, все буквально понеслось.
Один звонок — и примерно четверть часа спустя в кабинете появился один из людей Иевлева. Крепкий поджарый мужик лет тридцати пяти. Чем-то похожий на Шахова. Волевое лицо, острый взгляд, военная выправка. Выслушал задачу, кивнул.
— Я понял, Владимир Янович.
А тот убрал в карман гаджет и шепнул жене на ушко:
— Ну вот и все, Маш, можем идти.
И быстро утянул ее с собой.
Честно? Иногда Николай тихо поражался (впрочем, уже и не поражался) способности этого волчары решать вопросы. Их с Милкой отец тоже вопросы умел решать. Чего далеко ходить, совсем недавно, когда шла семейная война за бизнес, он их ПАО чуть не слил в ноль. Ну так Павел Торопов до последнего времени занимал ключевой пост в администрации города, а тут скромный адвокат.
Ага, скромный.
Коля незаметно гоготнул в кулак, провожая взглядом нового маминого мужа.
Потом он просто махнул рукой, потому что все равно ничего другого не оставалось, кроме как расслабиться и наслаждаться недельным отпуском, который ему внезапно предоставили.
Забытый вкус беззаботной жизни.
Они колесили по городу, хохотали, наперебой рассказывали что-то. Ездили обедать в загородный ресторан. На шопинг ходили с Милкой (на шопинг!), подумать только. И ничего, все прошло на ура. Пока Милка выбирала себе что-то на вечер (ну, это так всегда: надо пойти куда-то, и тут обнаруживается, что девушке нечего надеть), они с Ростом разговорились и очень даже неплохо проводили время в своей мужской компании.
А вечером они забурились в клуб.
Где молодой генеральный был, конечно же, замечен.
Встретили Реутского — старый знакомый отца, сердечно поздравлял, хорошо поговорили, было приятно. Потом нарвались на нескольких Колиных бывших. Две из них даже рискнули подсесть к ним за столик. Одна легкомысленно пыталась строить глазки Росту. Но тот был холоден. А главное, рядом с ним была Милка, ее улыбка, больше похожая на оскал, прямо говорила — не подходи, убьет.
