Жанр
В теплой воде и зонте герою становится легче смотреть на будущее, но каждое мгновение оставляет тень тревоги. Мир вокруг кажется странным: акулы в доспехах парусника и люди в кольчугах — обычной повседневностью. Каталонская компания остается загадкой, которую герою хочется разгадать прежде чем уже слишком поздно....
— Но ты, Аклан, можешь присоединиться к армии герцога. Мы отнесемся к этому с пониманием.
У него уже четверо детей, не считая падчерицы. Рыцарский фьеф давал возможность поставить детей на ноги.
— Куда я без вас поеду?! — возмущенно пробурчал Аклан.
— Значит, заболеешь вместе с нами, — решил я. — А лишат нас собственности, поищем ее в другом месте. Говорят, многие итальянские города нанимают отряды кондотьеров и неплохо платят. Думаю, я наберу пару сотен отчаянных парней.
— И не только две! — заверил Джейм Сакоман.
Он, как обычно, знал немного больше, чем все остальные. Седьмого марта возле замка собрались все пять сотен альмогаваров и пехотинцев, получивших земли от Готье де Бриенна. С ними были и несколько человек из тех, кто получил от герцога Афинского дулю с маком. Последние были заводилами. Для разговора со мной пришли десять человек. Учитывая сразу занявших места среди них Джейма Сакомана и Беренгера Вентайолу, можно считать, что собрался весь бывший «средний» совет Каталонской компании. Существовал еще и Большой совет, в который входило около сотни человек.
— Нам нужен командир, — сразу взял за рога быка, то есть, барона, Джейм Сакоман.
— А когда ты успел к ним присоединиться? — из чистого любопытства поинтересовался я.
— А я от них и не отсоединялся, — отвечает альмогавар.
— А я вот никак не могу расстаться с вами, — говорю я с усмешкой.
— Это будет последний раз, — заверяет меня Джейм Сакоман.
— Вы поклянетесь на Библии? — спрашиваю я, чтобы понять, насколько решительно они настроены.
— Да, — отвечает он. — Мы поклянемся всей Каталонской компанией, что после победы над герцогом Афинским больше никто из нас не побеспокоит тебя.
— И никогда не будет воевать против меня, кем бы я не командовал, — добавляю я, вспомнив ситуацию с вызволенными из плена курскими и черниговскими дружинниками.
— Наши против тебя и так никогда воевать не будут! Себе дороже! — весело замечает Беренгер Вентайола.
— Поклянемся, — серьезно произносит Джейм Сакоман.
— Вы хорошо представляете, во что собираетесь ввязаться? — спрашиваю я. — Если мы нападем на правителя-франка, против нас будут все католические государства. Нам придется или захватить герцогство и потом отбиваться от всех, или сразу погибнуть на поле боя.
— Мы тоже так подумали и решили, что деваться все равно некуда. Лучше погибнуть, чем жить с таким оскорблением! — произнес альмогавар.
