Жанр
В теплой воде и зонте герою становится легче смотреть на будущее, но каждое мгновение оставляет тень тревоги. Мир вокруг кажется странным: акулы в доспехах парусника и люди в кольчугах — обычной повседневностью. Каталонская компания остается загадкой, которую герою хочется разгадать прежде чем уже слишком поздно....
На указательных пальцах рук по золотому перстню с полудрагоценными камнями: на левом — с огненным опалом, на правом — с розовым родонитом. В Западной Европе мало кто хорошо разбирался в драгоценных камнях. Часто цветное стекло считали драгоценным камнем и сильно возмущались, когда я называл истинную цену фальшивки. На главаре была шелковая алая рубаха, украшенная по вороту и краям рукавов золотой вышивкой, с треугольным разрезом спереди, в котором был виден золотой крестик на золотой цепочке, не толстой, но и тонкой не назовешь.
Я слез с коня, отдал повод спешившемуся Тегаку и подошел к столу. Встав напротив главаря, поздоровался на том испанском, на котором говорили во времена короля Афонсу и спросил:
— Ты — Рожер де Флор?
— Да, — ответил сидевший во главе стола и спросил сам: — А ты кто такой?
Я назвал свой западноевропейский псевдоним и сказал:
— Я слышал, ты набираешь рыцарей для службы Ромейскому императору.
— Тебя не обманули, — подтвердил Рожер де Флор.
— Сколько он обещает платить? — поинтересовался я.
— Рыцарю — четыре унции золота в месяц, конному сержанту — две, пехотинцу — одну, — ответил он.
— Предложение хорошее, — согласился я. — Настолько хорошее, что попахивает обманом.
— Пусть попробует нас обмануть. Тогда запахнет похуже, — пригрозил Рожер де Флор, оскалившись.
— Мне нравится такой подход к делу, — одобрил я.
— Сколько людей в твоем «копье»? — спросил он.
«Копье» — это тактическая единица, которая состоит из рыцаря и его сопровождения, трех-пяти человек. Хотя варианты могут быть самые разнообразные, от единицы до крупного отряда.
— Оруженосец и двенадцать конных сержантов-лучников, — ответил я.
— Неплохо, — произнес Рожер де Флор. — Тогда присаживайся, — показал он на место в конце стола и принялся доедать куриную ножку.
Я занял место рядом с толстым брюнетом лет двадцати семи, улыбчивое круглое лицо которого было покрыто курчавой бородой.
