Жанр
В теплой воде и зонте герою становится легче смотреть на будущее, но каждое мгновение оставляет тень тревоги. Мир вокруг кажется странным: акулы в доспехах парусника и люди в кольчугах — обычной повседневностью. Каталонская компания остается загадкой, которую герою хочется разгадать прежде чем уже слишком поздно....
Генуэзский флот сейчас самый сильный на Средиземном море. Морская блокада погубила бы Ромейскую империю.
Одним из последних приехал Рожер де Флор. В левой руке у него был довольно массивный бронзовый шестопер — гибрид булавы и топора, который русичи называют перначом, кроме данного случая, когда ударная часть из шести заточенных пластин, перьев, по числу которых и получил название. Наверное, командир каталонцев одолжил шестопер у кого-то во дворце. Следов крови на оружии не заметно. Значит, хватило авторитета, чтобы остановить толпу.
Мы сидели на скамье. Между нами стояли медные кувшин емкостью литра на три с белым ароматным вином, два кубка и чаша с желто-красными сладкими яблоками. Мы были в том прекрасном расположении духа, которое возникает на втором кувшине общения.
— А вы почему не пошли на Галату? — задал вопрос Рожер де Флор таким тоном, будто именно мы провинились больше всех.
— Потому что уничтожение Галаты не входит в планы императора Андроника, — ответил я.
— Откуда ты знаешь его планы? — спросил командир с настороженностью.
Он все еще не понимал меня, а потому и не доверял.
— Несколько раз воевал с ромеями, — ответил я. — Лучшей школы не придумаешь.
— И что еще входит в его планы? — поинтересовался Рожер де Флор.
— Отправить нас сражаться с маврами не раньше, чем будет улажен конфликт с генуэзцами, — ответил я. — Скорее всего, твою свадьбу отложат по какой-нибудь очень уважительной причине.
"Рожер де Флор плотно сжал губы от бешенства, а потом скривил их в зловещей улыбке и тихо произнес:
— Уже отложили. Сказали, что надо подождать сорок дней после смерти ее отца. — Он протянул мне шестопер. — Подарок. — После того, как я взял ее, Рожер де Флор приказал: — В следующий раз заранее предупреди меня о планах императора.
— Догадался о них, когда все началось, — произнес я в оправдание.
— Как догадаешься, так сразу и предупреди, — молвил командир Каталонской компании и поехал к крыльцу.
Рукоятка у шестопера была из твердого черного дерева и с темляком из переплетенных красно-черно-желтых шелковых прядей. Там, где держишь рукой, замысловато оплетена новой тонкой кожей, не захватанной еще. Выше разрисована золотистыми линиями, которые, напоминая вьюнок, обвивали ее. На каждой сужающейся к краю пластине выгравировано по шестиконечному кресту.
