— Если быть точными: Пси-Пирамидальной Революции. Так называется Проект. Между прочим, ты об этом знать не должен. Значит, утечка информации существует. А тайна, которую знают трое, уже перестает быть тайной. Можешь сказать, откуда тебе известна формулировка Проекта?
— От верблюда, — улыбнулся Джехангир. — Но ты можешь не беспокоиться, председатель. Человек, от которого я это узнал, мой друг и работает только на меня.
— Кто он? Мананников? Лысцов? Щеботарь?
— Это один экстрасенс, или, как теперь говорят, энэлпер. Правда, он этого слова не любит.
— Тимергалин, что ли?
— Вот видишь, оказывается, утечка информации коснулась и моих связей.
— Во-первых, ты с ним встречаешься давно, и мы не могли не проверить, кто он и что собой представляет. Во-вторых, он мог бы стать полезным Проекту. Почему ты не представил его Директору?
— Не хочет. — Джехангир невольно дотронулся до глянцево-розового пятна на шее под правой стороной челюсти — это было все, что осталось от раны, нанесенной Мстиславу Калиновичу Крутовым во время последнего боя в лесу под Ковалями. — Не трогайте его, он меня спас… Если хотите, он мой личный помощник и советник и ни на кого больше работать не будет.
— Успокойся, — фыркнул Валягин. — Никто не собирается его насильно заставлять работать на систему. Но с его возможностями он мог бы помочь нам разрешить многие серьезные проблемы.
— С «церковным спецназом»? Умар не ходит в церковь.
— Есть другие, ждущие разрешения. Если он энэлпер, значит, владеет методами информационного воздействия на психику людей, на подсознание, чего мы и добиваемся в глобальном масштабе. Давно назрела необходимость соединить квантовую физику и мыслительные процессы живого существа в нечто единое целое, осязаемое и легко контролируемое, и нам важна любая помощь в этом направлении.
— Умар не станет работать непосредственно на Проект. Я ему уже предлагал.
— Еще раз предложи, поговори, заинтересуй, проблема не только важна для реализации наших планов, она просто-напросто интересна. К тому же мы сейчас решаем задачу создания целого института НЛП, твой Тимергалин мог бы стать его руководителем.
Джехангир покачал головой, но вслух возражать не стал, хотя подумал: он мне самому нужен.
— А зачем нам нейролингвистический институт? У нас же есть «Объект ь 5» в Тверской губернии, занимающийся НЛП.
— Во-первых, это база Директора. Во-вторых, президент одержим идеей борьбы с преступностью, и мы ему поможем. Задача нового института будет сформулирована так: поставить под контроль всю криминальную сферу страны, вывернуть наизнанку теневой капитал и заставить его работать на государство.
— Цель весьма заманчивая, но, по-моему, нереальна.