В глубинах Тихого Океана, где скопилась нефть на заброшенном шельфе, бушевали страсти между государствами. Межправительственный договор разделил участки для добычи, но конфликты продолжались из-за ресурсов и географического расположения месторождений.
— Они пытаются не допустить распространения заражения и паники на соседние купола. Слишком много людей живёт под центральным щитом, и всем сейчас нужна помощь, очень сложно организовать эвакуацию, — он замолчал, упорно продираясь через толпу. На самом деле организовывать эвакуацию практически некому. Почти все спасатели остались лежать на площади Мира и в здании Сената.
Наконец удалось выбраться на улицу. Нолл побежал к дороге, на обочине которой он бросил машину. Келли открыла перед мужем заднюю дверь, и Джим бережно уложил дочь на сиденья.
— Что ты собираешься делать? — Келли достала из автомобильного холодильника бутылку с водой и пыталась смыть с лица Сэм следы рвотной массы.
— Поедем в центр управления. Может, медики лётного отряда смогут помочь. В любом случае, здесь оставаться нельзя, — Нолл бросил взгляд на приборную панель, на которой предельно зашкаливал счётчик Гейгера, и вырулил на дорогу.
Коммуникатор требовательно заверещал персональным сигналом начальника флота тяжёлых турболётов.
— Джим! — изображение и звук были чёткими. Значит, сигнал прогоняли через Орбиту. — Где тебя протуберанец носит?!! Немедленно сюда! Через двадцать пять минут вылет!
— Какие вылеты, Майк?!! Центральный купол заражён, половина Ромба скоро погибнет от облучения, Сэм нужна срочная медицинская помощь! Из наших медиков хоть кто-то появился?
— Старый Динн здесь, он приглядит за ней пока. Джим, поторопись, мы летим за самой лучшей помощью!
— За помощью?
Начальник флота спохватился:
— Ты же не в курсе! Рос вызвался помочь нам, Джим! Рос! Они всё исправят! Там сейчас шторм, ты летишь первым, параллельно составишь метеообстановку в районе посадки.
Рос! Нолл вспомнил гигантскую медицинскую машину с заключённым внутри бессознательным обезображенным телом главного инженера, подрагивающую в трюме турболёта в момент перегрузок; невероятные показания индикатора внешней угрозы; полный загадочных чудес бункер; детский восторг Билла, восхитительно вкусный мёд, крохотную упаковку которого он выпросил у Арториуса для Сэм; и кадры репортажа о возвращении Ноффа из Роса, на которых знаменитый учёный, помолодевший на добрый десяток лет, энергично выходил из турболёта, не имея ни единой царапины.
