В семье Катрин царила тягомотная рутинность. Отец, вместо работы на скамейке возле подъезда, проводил часами курение и уборку дворовой территории, окурки и бутылки попадали везде как ни в чем не бывало. Его символическая зарплата от домоуправления приносила ему лишь минимальную выживальную поддержку, но даже это мало что меняло его образом жизни....
От полученного сотрясения тошнило, но девочка не ела уже давно, поэтому только сплюнула скопившуюся во рту кровь.
Поезд полностью остановился. Люди в панике выбирались из купе. Катрин осторожно выглянула в коридор, где от двери к двери носилась проводница, держа в руке раскрытую аптечку и пытаясь связаться по рации с машинистом.
– Помогите, ради Бога, помогите! Мой муж, кажется, сломал шею! Он не дышит! – останавливала всех подряд женщина в шортах и полинявшей толстовке, но каждый искал помощи только для себя.
Никто не мог понять, что происходит.
«Где тыы-ы, Катрии-ин?» – голос в голове растягивал слова, превращая их в мерзкую песню.
«Я ещё не готова!»
Катрин мечтала о мести и ждала этой встречи, но не прямо сейчас.
«Выходи, родная, мне надоело ждать, пора заканчивать этот цирк!» – звал голос.
Катрин вышла в коридор и оглянулась, разыскивая в толпе своего заклятого врага, но Веры там не было.
«Отлично!» – подумала Катрин.
«Я снаружи, глупенькая! Думаю, что ты наигралась в ведьму, пора возвращаться в реальный мир».
Вера как будто видела через её глаза. Поэтому она так быстро нашла Катрин, когда та прочла название станции на табличке. Катрин вернулась в купе и заперла дверь на замок. Она закрыла глаза и на ощупь стала искать, где спрятаться. Ей нужно восстановиться и продумать все детали битвы, решить, какие заклинания использовать. Внезапно человеческий гам за дверью прекратился. Паника, рыдания, молитвы – всё растворилось в тишине.
– Приведите мне её, – послышался чей-то шёпот. – Приведите мне её.
За дверью раздавались голоса: мужские, женские, детские. Все повторяли одно и то же – сначала вразнобой, а потом в унисон:
– Приведите мне её! Приведите мне её!
Часть голосов переросли в крик. Толпа обезумела. Люди хлопали дверями, поднимали откидывающиеся полки, сумки с вещами выбрасывали в проход, расстёгивали или вспарывали.
