Начало войны изменило жизнь Деда Романа forever. Теперь он живёт в селе, но в сердце и во взгляде осталась та самая горячая кровь казака. Казачий крест — это не только атрибут, но также образ жизни и веры в честное имя перед Богом и ближним.
Похоже, «Казачий крест» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как оказалось, Григорий эту латунь переплавлял из старых ружейных гильз. Пару пригоршней уже расплющенных, чтобы места меньше занимали, он обнаружил в ящике под кучей всякого хлама.
Теперь, уже имея нужный опыт, он управился за пару дней. Сложив готовые запчасти на полку, парень прибрался в кузне и задумался, чем занять себя дальше. За всё прошедшее время к нему обращались всего три раза. Нужно было привести в порядок коекакой сельхозинструмент. Так что появление на пороге кузни молодой вдовы Ульяны парень воспринял как удачу.
– Дело нехитрое. Завтра готово будет.
– Неужто управишься? – лукаво прищурившись, уточнила женщина.
– Зря смеёшься, – качнул Матвей головой. – Я с такой работой ещё пацаном управлялся. Хочешь, присядь, сама посмотри.
– А и присяду, – с вызовом усмехнулась молодая вдова.
– Вон туда, на чурбачок, от огня подальше. Не дай бог, искрой обожжёт, – указал парень в нужное место, подкидывая в горн угля.
Отковать из куска подходящего железа новый черенок и приклепать к нему сам лепесток тяпки было делом часа. Насадив инструмент на рукоять, он парой ловких ударов загнал в черенок гвоздь и, протянув инструмент женщине, усмехнулся:
– Говорил же, забава, а не работа.
– Ох, и ловок ты, Матвей, – удивлённо протянула женщина. – И вправду про тебя бают, мастером настоящим стал.
– Это кто ж такое бает? – не понял парень.
– Так Никандр-плотник. Гуторит, что ты и батьке своему в ремесле не уступишь.
– Нет, рано ещё. Вот как сам с литьём всяким управляться научусь, тогда да, не уступлю.
– А и силён ты, паря, стал, – окинув его оценивающим взглядом, вдруг протянула вдова.
– Ты чего тут, Ульяна? – раздался голос входящей в кузню Настасьи.
– Да вот, тяпка сломалась, а Матвей твой всего за час управился, – моментально нашлась женщина, протягивая ей починенный инструмент.
– Это да. Мастеровитым стал, ажно жуть берёт, – усмехнулась Настасья в ответ. – Так что, закончил? – уточнила она.
– Ага.
– Ну, так ступай с богом, – вежливо указала хозяйка гостье не порог.
– Прощевай, Матвеюшка, – промурлыкала Ульяна, выскальзывая за дверь.
– От кошка, – беззлобно проворчала Настасья ей вслед. – А всё одно хороша, зараза. Ступает павой, да и фигуру сохранила, хоть и ребятенка родила. Да уж, дал бог здоровьичка.
– Ты чего, мам? – не понял Матвей её реакции на соседку.
– Так вдовая она, сынок. Мужской лаской обойденная.
