В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
Бросив быстрый взгляд на девушку, парень вспомнил одну старую историю, невольно сравнивая свою попутчицу с теми, кого сам когда-то знал.
Это случилось, когда самому Грише едва исполнилось пять. Как все огольцы станицы, он улучал момент и уносился за околицу, поиграть с такими же мальчишками или просто побродить по лесу. Именно в один из таких походов он и увидел остатки каравана из горского аула, бывшего дружественным властям. Узнав несколько стариков, он помчался обратно в станицу, оглашая улицу зовом.
Услышав крик мальчишки, казаки, кто был в станице, выскакивали из дома с оружием и спешили на околицу. Но караван не вошел в станицу. Горцы оказались людьми честными. Остановившись в ста шагах от ворот, они принялись распрягать коней, а самые старые направились к казакам. Не доходя до местных двух десятков шагов, старики рассказали, что в ауле вспыхнула оспа и в караване находятся только те, кто сумел выжить.
Единственное, чего попросили горцы, так это продуктов для детей и воды для скота, который гнали с собой. Никто из них и не заикнулся о врачах. Знали, что в станице есть только костоправы да травники. Но казачий круг решил по-своему. Травники, кто знал, как бороться с напастью и не боялся заразиться, сами пошли к возникшему у станицы лагерю, неся с собой еду и одежду. Всю одежду самих горцев тут же сжигали.
Для скотины отвели дальний выпас, а детей кормили всем тем, что сами ели. Особенно сирот. Почти два месяца остатки трех родов прожили в том лагере, а потом выжившим позволили поселиться в станице, попросту начав строить новые дома. Сирот разобрали по семьям, и очень скоро по станице носилась целая стая чернявых галчат. А к тому времени, когда Гриша вошел в силу и начал учиться серьезно, все пришлые стали частью станицы. Даже десяток свадеб сыграли.
И вот теперь, глядя на эту красивую, но такую странную девушку, парень думал, а могла бы она взять в дом ребенка, чьи родители умерли от оспы? Так и не найдя ответа, он встряхнулся и попытался сосредоточиться на том, что она говорила. Сообразив, что она рассказывает что-то о своих подругах, Гриша снова погрузился в собственные размышления. Но, как говорится, сколь веревочка ни вейся, а на конце все равно петля.
Они подъехали к широкому, трехэтажному дому, у парадного крыльца которого стояли два каменных льва, удерживавших лапами каменные шары. С интересом оглядев эти мраморные скульптуры, Гриша спрыгнул с коня и, привязав повод кобылы к кольцу коновязи, помог девушке слезть.
