В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
А вы сразу травить. Кстати, чем это она меня?
— Яд цикуты, с некоторыми добавками, — фыркнула Настя. — Не убивает, но отключает быстро и надолго. А теперь соберись с мыслями и помни, если мы решим, что ты решил соврать или не говоришь всей правды, этот человек станет делать тебе очень больно. Он это умеет.
Стоявший за спиной Гриши мужик что-то хрюкнул и резко ударил парня под дых. Успев краем глаза заметить движение, Гриша умудрился кое-как смягчить удар резким выдохом, но все равно ощущения были не из приятных. Отдышавшись, Гриша зло покосился через плечо и, презрительно сплюнув, проворчал:
— У меня мамка крепче била, чем этот битюг.
Мужик глухо заворчал и начал замахиваться, когда Арнольд Оскарович движением руки остановил его. Встав, он прошелся по комнате и, окинув парня задумчивым взглядом, протянул:
— Простым битьем тут ничего не добьешься. Он умеет держать удар. Но мы ведь можем применить не только кулаки. Если просто начать дробить пальцы, боль будет не менее сильной.
— Только после этого вам меня убить придется.
— Ты можешь просто исчезнуть. А когда к нам придут, мы скажем, что ты получил большие деньги и решил уехать. Куда? Мы не знаем. Ты не сказал. Просто взял деньги и исчез, — быстро нашлась Настя.
— И вам не поверят. Потому что ехать мне некуда и незачем. Я не для того в университет экзамен держал, чтобы все вот так просто бросить.
— Чертов азиат, — прошипел Арнольд Оскарович. — Пусть будет, как будет. Ты все равно будешь отвечать на мои вопросы правду.
— Так спрашивай. Чего зря воду в ступе толочь? — усмехнулся Гриша.
— Откуда у тебя сабля?
— Как и сказал уже, в наследство от дядьки Василя получил.
— А у него она откуда?
— Рассказывал, что сам с паши в турецком походе снял.
— Что еще он снял? — быстро спросил Арнольд Оскарович.
— Пояс с оружием, кошель с золотом. А потом его ранило.
— Рубин?
— Что рубин? — сделал вид, что не понял, Гриша.
— Про рубин он что-нибудь говорил?
— Нет. А что за рубин?
— Брошь, которой крепится тюрбан. Золотая оправа и в ней рубин величиной с перепелиное яйцо. Где он?
— Ничего себе камешек?! — охнул Гриша. — Да будь у меня такая цацка, я б ножны в жизни не продавал.
