Иван Кочуев шёл по вечернему городу, портупея игриво скрипела под каждым шагом. Его новенькая форма и радостное настроение создавали атмосферу праздника в сердце тихого казачьего ансамбля «Бударочки», передающейся из поколения в поколение.
Иван Кочуев тогда совершил три самых длинных прыжка в своей жизни – олимпийские чемпионы посыпали бы головы пеплом, порвали на груди майки и погрузили бы высокомерные лбы в грязь… На третьем, самом длинном балетном подскоке сияющая шашка кончиком клинка полоснула сеть, выронив уже взмывающую Рахиль на волю. Кажется, она начала стрелять, ещё не плюхнувшись спиной в амортизирующие кусты. Второй корабль-захватчик тоже предпочёл отвалить без извинений…
– Вынуждена признать, мы таки неплохо сплясались в паре, – сипло доложила Рахиль, когда подъесаул подал ей руку, помогая подняться.
Лес по-прежнему радовал свежестью и, как ни странно, какой-то парковой ухоженностью. Дождя не ожидалось, погода, на удивление, тёплая, воздух насыщен ягодными ароматами, единственное, что всерьёз огорчало, так это вновь проснувшееся чувство голода…
– Давай попробуем поймать ещё какого-нибудь эльфа и отобрать у него ещё пару печенюшек?
– Ваня, вы оптимист.
– Можно подумать, мы у тех, предыдущих, спрашивали?!
– Вы опять отвечаете вопросом на вопрос…
– Аж самому противно, но с кем повёлся, с тем и набрался… – грустно согласился казак. Рахиль, лишний раз прислушавшись к урчанию в собственном пузе, свернула к склону горы, там между камней алела лесная земляника.
– Да, это они напали на стражей.
Горячая Рахиль незамедлительно плюнула ему в морду, но не попала. Остроухий предатель гордо отвернулся, скорбно демонстрируя связанные запястья…
Глава двенадцатая
О том, что правила любой игры придумывают выигравшие, проигравшим – всё равно. Хотя, если эта ставка твоя жизнь…Вот бывает, что человеку не повезло, иногда даже два раза подряд не везёт, порой даже чаще, но, согласитесь – при ЖИЗНИ.
