Иван Кочуев шёл по вечернему городу, портупея игриво скрипела под каждым шагом. Его новенькая форма и радостное настроение создавали атмосферу праздника в сердце тихого казачьего ансамбля «Бударочки», передающейся из поколения в поколение.
Из ворот уже спешили разнаряженные эльфийки, и очередной приступ аллергии Принцессе был обеспечен в одно мгновение. Миллавеллор затравленно глянул направо, налево, убедился, что бежать некуда, и тоже покорно сдался судьбе. Но казак с еврейкой, наоборот, вошли в Холм, движимые исключительно любопытством, ведь, как известно, человека, попавшего в дом эльфов, ждут чудесные и незабываемые впечатления!
А ещё юные эльфийки невероятно красивы… Иван Кочуев оценил это с первого взгляда. Израильская военнослужащая тоже, но в её понимании на это не стоило гробить здоровье:
– Ваня, я таки прямо слышу, как вы стучите сердцем по рёбрам.
О, они были более чем в прозрачном! Это в лесу, под солнцем, ветром или дождём эльфы одевались в практичную униформу – плотную, лёгкую и не пробиваемую ничем, кроме железа. У себя дома эстетствующие остроухие ходили в облегающем, блестящем и не скрывающем фигуру. Кстати, с казацкой точки зрения, на мужчин смотреть было нечего – все, как один, стройные, худющие, в чём-то жеманные, с одинаковыми причёсками и романтично-безучастными лицами.
– Подъесаул, оно же не в вашем вкусе – вам просто нечего будет щупать. Я уж не говорю о том, что ни одна эльфийка не выдержит крепости казачьего поцелуя с ароматом ядрёного самогону, свежего чеснока и копчёного сала! Они же помрут без противогаза…
Увы, несмотря на все попытки Рахиль вернуть товарища по несчастью на грешную землю, он так и не мог отвести взгляда от неотразимых эльфийских девушек.
Плюнув, юная израильтянка решила не тратить душевных сил на пустое сотрясание воздуха и развернулась к понурому Миллавеллору:
– Слушайте, вот мы таки идём куда-то по красивому коридору, кругом свечи, ковры, росписи, сплошной музей, и я говорю шёпотом.
– Нас там похоронят, – уверенно пояснил седой эльф, кивнув в сторону впереди идущей Нюниэли. – Внутри Холма её власть не сможет защитить нас. Она – владычица и обязана первой блюсти букву закона.
