— Хорошо, тогда тебе придется остаться!
— Увидимся через месяц, Ди, это пролетит незаметно. Поможешь мне здесь? — Делайла надавила на выпуклую часть, пока я застегивала его.
— Чарли все такой же горячий, каким я его помню? — она пошевелила бровями. Версия ненависти Делайла к парням, по общему признанию, была довольно мучительной. Чарли осенью пошел в школу в Вестерне, и я не видела его с рождественских каникул.
— Он не уродливый, — сказала я ей. — Но ты также можешь судить об этом.
Мои родители разрешили мне пригласить Мэйсона, Делайлу и Пателя на Гражданский праздник, который они будут проводить в округе Принс-Эдвард второй год.
Мэйсон остался в Торонто учиться в университете, и осенью мы официально объявили об этом. Я надеялась, что Сэм изменит свое мнение о нас, но когда я увидела его на Дне благодарения, это было так, как будто ночь, которую мы провели в его постели, никогда не было. В следующие выходные я позволила Мэйсону залезть мне под юбку в кинотеатре.
— Надеюсь, теперь ты начнешь называть меня своим парнем, — прошептал он мне на ухо, и я согласилась, наслаждаясь ощущением того, что я желанна.
Сэм заметил серебряный браслет на моем запястье, как только вошел в дверь коттеджа в канун Рождества, так как мои родители пригласили Флореков на праздничные коктейли. Он отвел меня в сторону и поднял моё запястье, на котором был браслет дружбы, а также тот, который подарил мне Мэйсон.
— Есть какие-нибудь новости, которыми ты хотела со мной поделиться, Перси? — спросил он, его глаза сузились. Это было не совсем так, как я планировала рассказать ему о наших отношениях, когда наши родители стояли рядом, а Чарли был в пределах слышимости, но я также не хотела лгать ему.
— Серебряный абсолютно не сочетается с нашими, — был его единственный ответ.
Тем летом напряженность между Сэмом и Чарли стала очевидной почти сразу, как только я вышла из машины. Братья Флорек возвышались у задней двери коттеджа на расстоянии целого метра друг от друга.
— Ты выглядишь великолепнее, чем когда-либо, Перс, — сказал мне Чарли, не сводя глаз с Сэма, прежде чем заключить меня в долгие объятия.
— Тонко, — пробормотал Сэм.
Чарли помогал разгружать вещи, но ему пришлось уйти пораньше, чтобы подготовиться к своей смене, и перед уходом он еще раз крепко обнял меня.
— Для протокола, — прошептал он мне на ухо, чтобы никто другой не мог услышать, — мой брат — гребаный идиот.
— Что происходит с Чарли? — спросила я Сэма, когда мы лежали на плоту позже в тот же день.
