– Да, вынужден признать, храбрости тебе не занимать…
Он взял беглянку под мышки, оторвал от земли и подтащил поближе к могиле. Девушка оказалась на коленях на краю пустоты.
– Но тебе не следовало пользоваться моим доверием, – продолжал Габриэль.
Незнакомка подняла голову, и они долго смотрели друг на друга. Потом он вынул из кармана нож. С деревянной ручкой, складной. Встал напротив девушки, заслонив ей свет.
Сдохнуть в этом мрачном месте.
Умереть, не узнав, кто ты, кем была.
Умереть, так и не поняв, по какой причине.
Тебя вот-вот зарежут, как скотину, а ты все еще не вспомнила, ждет ли тебя кто-то…
– Я… Я даже не знаю, как меня зовут, – прошептала она.
В глубине его глаз она увидела боль, бесконечную боль. И сумасшествие.
– Вы страдаете из-за Ланы?
– Кто тебе позволил произносить ее имя?! – заорал Габриэль.
Он кружил вокруг нее безмолвным хищником. Удалялся, приближался. Потом начал что-то шептать, но ей не удалось ничего расслышать. К кому он обращался? Может быть, к призраку. Вероятно, к Лане.
Нужно ли с ним заговорить? Или лучше молчать? Если бы она хотя бы знала, как его зовут…
– Мне холодно, – прошептала она.
– Мне холодно, – повторила она. – Холодно, больно… Прошу вас, помогите мне.
Он долго шептал что-то, ни к кому не обращаясь. Вышагивал, низко опустив голову. Иногда смотрел в небо, как будто там находился ответ на его вопрос.
Она услышала кое-что, но ничего не поняла. Ее палача разрывали страдание и сомнения. С каждым шагом он все больше терял рассудок.
Она легла на ледяную землю, готовая принять свою судьбу. Ее пронизал холод, у нее больше не было сил с ним бороться. Бороться с холодом, бороться с судьбой.
Трава заиндевела, как и кора деревьев.
Голос убийцы ее убаюкивал, и она закрыла глаза.
Изри наполнил бассейн. Тама сидит на бортике, опустив ноги в воду. Она как будто загипнотизирована мягкими бликами солнца на светлой поверхности.
Сегодня так жарко, что она бы с удовольствием нырнула в эту освежающую чашу. Но у Изри не было времени учить ее плавать.
Несколько дней назад она слышала их разговор с Маню. Они расположились на террасе и думали, что Тама уснула. Изри кого-то опасается. Какого-то человека. Тама не знает, работает ли он на них с Маню, или он их конкурент. Маню сказал Изри, что у того паранойя, что этот человек никогда не посмеет им навредить.
После услышанного Таме не спалось, у нее возникло нехорошее предчувствие.
С этого дня Изри был весь как на иголках. Каждую секунду Таме казалось, что вот сейчас он выйдет из себя. Поэтому она старалась держаться как можно незаметнее, чтобы его не беспокоить.
Она кое-что слышала, кое-что понимала. У Маню бизнес в Монпелье, а еще в Марселе и даже в Париже.