Спустя долгое время после унывающего партсобрания, я вернулся домой с мыслями о бесконечных партийных ритуалах. Думал ли бы я в тот момент о белом конверте, если бы послушался внутренней тревоги? Возможно, это спасло бы меня... Или нет? Но все равно решил рассказать об этом без эмоций, как следует. Вот он, конверт — чистый и невинный, словно новый день, начинающийся в череде недавних собраний....
Похоже, «Казнить нельзя помиловать» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А как же, ведь их двое? Или с моей смертью игра закончится, чары разрушатся?
Ничего не знаю, пускай они сами между собой разбираются, только чтобы мне выбор не делать. Умру ли я - ты над могилою... Или все-таки прежде чем уйти - выбрать кого-то из них? Чтоб уж наверняка! Кого? С молодою женой мой соперник стоит... Алекс останется, будет жить-поживать, и про меня даже не вспомнит. Так не доставайся ты никому... Ладно. Стреляйте, гады.
Умылся - побрился - оделся. В царской армии надевали белые рубахи, когда шли на смерть.
"Вышел на улицу, и меня сразу охватило чувство нереальности происходящего, какое обычно бывало после выхода из запоя. Коробки домов показались декорациями, пустыми картонными игрушками, в которых никто никогда не жил; снующие туда-сюда фигурки людей - куклами.
Турникет, ступеньки, вагон. Куда ехать? Наверное, ""они"" везде достанут. На уток, что ли, в последний раз поглядеть? Они зимуют в Коломенском...
Когда я подходил к воротам парка, в кармане запиликал телефон.
- ...с тобой увидеться. Будешь дома часа через два?
- Буду, - сказал я. - Приходи. А ты слышал... - Но в трубке зашумело, затрещало еще сильней, и связь оборвалась.
Погодите, форзи, не надо, а? Нет-нет, я не передумал, я согласен, но не сейчас еще, погодите до вечера? Ну пожалуйста... В последний раз его увижу, тогда валяйте, делайте свое черное дело.
