Спустя долгое время после унывающего партсобрания, я вернулся домой с мыслями о бесконечных партийных ритуалах. Думал ли бы я в тот момент о белом конверте, если бы послушался внутренней тревоги? Возможно, это спасло бы меня... Или нет? Но все равно решил рассказать об этом без эмоций, как следует. Вот он, конверт — чистый и невинный, словно новый день, начинающийся в череде недавних собраний....
Похоже, «Казнить нельзя помиловать» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Голос был спокойный, приветливый, и мне стало больно, но не очень. Ага, ты, видимо, персона повыше рангом, ну как же, доблестное героиновое прошлое, а она всего лишь вдова какого-то жалкого сутенера.
Я начал внимательно просматривать на дисплее входящие номера, потом исходящие. Вот ее самый первый воскресный звонок ко мне домой, в девятнадцать ноль-ноль. Семь часов...
Как я мог утром этого не сообразить? В семь я уже давно стоял у подъезда Холодовых, и лишь в полвосьмого вышли двое... так это и вправду не она была спутницей Алекса, а кто-то другой, я ошибся.
Голос был записан на компьютер, а номер набирал другой человек? Или автоматика? И все это ради того, чтобы меня ввести в заблуждение? Ну, покажите мне скорей эту нелепую мафию, действующую столь изощренными способами, когда есть хорошие, добрые, проверенные временем - взрывчатка под дверь, автоматная очередь, кирпичом по башке, на худой конец.
...а потусторонняя сила - это что, более правдоподобно? Ну-ну...
Какая малышка, до чего хрупкая. Рука такая маленькая, совсем маленькая, детская рука, без маникюра, лицо спокойное. Была у меня сестренка, и не стало, я снова один. Гитара нежно и глухо: трень... Не уходи, побудь... Священнику клятвенной речи сказать не хотела она...
...но если я и насчет Лехи обознался? Не только ее, но и его в ""восьмерке"" не было? Звонил он мне только с мобильного, так что не проверишь.
Останется один... Вычеркни, вычеркни, распни, распни. Но ведь никаких форзи, никаких дьяволов-искусителей не бы-ва-ет! Страшная, неумолимая организация, ее цели неведомы, ее пути неисповедимы, ее киллеры обольстительны, беги, скрывайся, за свою жизнь нужно драться до последнего. Умрешь здесь, растечешься по полу мутной лужей из страха, слез и сожалений - только облегчишь ему работу.
...вот пуля пролетела, и товарищ мой... выстрелю в спину, я не нарочно, просто совпало...
А вдруг силы ада все же существуют? Останется один... Ее у меня забрали, и Лешка умрет, возможно, сегодня, возможно, через час или два. Форзи, суки, твари! Дайте знак, что вы есть, и я тотчас вычеркну себя из этого мира, я давно согласен.
