В этом таинственном тексте мы с вами будем путешествовать между двумя переплетающимися жизнями – Кентийским принцем и его приемным сыном Алексом, обремененным загадочными мистическими способностями. Две судьбы, скрещенные воедино, в одночасье изменят ход истории и не позволят забыть о своем настоящем фамильном происхождении....
Король сделал большой заказ на свечи, но использовал их пока только в комнатах и залах, в большинстве коридоров использовались, как и раньше, факелы.
А у меня в замке сейчас экспериментировали с зеркалами и лампами на спирту. Вернее даже, уже их начали производить, но пока все хранилось в тайне, а вот продемонстрирую я их общественности на свадьбе короля, осветив ими зал, где будет проходить пиршество.
Погруженный в свои мысли, я не заметил, а скорей почувствовал сзади опасность, начал уже разворачиваться, но не успел.
«Почему он кричит?» – подумал я и провалился в небытие.
* * *– Данис, Данис, – ворвался в покои короля его брат. – Данис, Алекса убили."
"На Арна было страшно смотреть – бледный до синевы, с вытаращенными глазами, его всего трясло. Король в этот момент просматривал какие-то бумаги.
– Как убили? – проговорил он.
– Я не знаю, мне это сказал мой слуга, там, говорят, уже гвардейцы и тайная канцелярия, все оцепили, пошли быстрей.
И Арн выскочил из кабинета. Данис, невзирая на свое положение, тоже побежал. Он успел в самый последний момент, когда убийцу уже почти освободили из хватки Алекса. Но тот был без сознания, и видно было, что в том месте, где его ухватил кентиец, предплечье как-то сплющено.
В галерее уже собралась небольшая толпа, тут же стояли хмурые кентийцы.
«Ну у него и силища», – не ко времени мелькнула мысль у Даниса.
– Быстро лекаря сюда, – тем не менее отдал он команду.
– Уже послали, ваше величество.
Данис поднял глаза и увидел начальника тайной канцелярии.
– И вы здесь, баронет?
– Да, ваше величество, только собрался уезжать, а тут такое.
Де Ривейн подошел поближе и показал королю кинжал.
– Это, по всей вероятности, оружие убийцы, посмотрите на лезвие, – проговорил де Ривейн.
– Да тут ничего не видно, – в сердцах проговорил король.
– Свет для короля! – проорал гвардеец, а еще кто-то выдернул факел и поднес его ближе. Данис разглядел на лезвии, ближе к крестовине, что лезвие было вымазано какой-то темной субстанцией.
– Это что, яд? – спросил он де Ривейна.
