В этом таинственном тексте мы с вами будем путешествовать между двумя переплетающимися жизнями – Кентийским принцем и его приемным сыном Алексом, обремененным загадочными мистическими способностями. Две судьбы, скрещенные воедино, в одночасье изменят ход истории и не позволят забыть о своем настоящем фамильном происхождении....
– Скорей всего, да, правда, я не знаю какой, покажу лекарю, кстати, вот и он.
– Ваше величество, его надо перенести куда-то и хорошо осветить, он дышит и сердце бьется, правда очень тихо и неравномерно, – обратился к королю лекарь.
– Да-да, делайте, что сочтете нужным, потом доложите мне, в любое время, я повторяю, в любое время.
– Ваше величество, – обратился к нему десятник кентийцев, – мой принц пострадал в твоем замке, и ты несешь ответственность.
– Да, кентиец, я понимаю, но ты же видел, убийца задержан, и я непременно выясню, кто его послал.
– И все же, король, твоя вина. Я сейчас еду в замок, оттуда пошлю письмо своему сюзерену, чтобы прислал дознавателей. И будет очень плохо, если принц умрет.
Десятник повернулся и пошел к выходу, за ним ушли и все остальные кентийцы.
«Мне, может, горше, чем тебе», – думал король, глядя вслед уходящим воинам. Король до встречи с Алексом с кентийцами почти не сталкивался, ну не считать же за знакомство случайно увиденных учителей фехтования своих вассалов.
Ну, а что касается герцога, вообще слов нет, сам вызвался, приехал, а потом еще и шороху навел в замке Жирондо и на границе. И случилось так, что Данис теперь не представлял, как будет без Алекса, без побратима. Конечно, Данис побратался с Алексом под влиянием эмоций, но потом он тщательно все обдумал и понял, что сделал очень правильно, словно само провидение толкнуло его к этому поступку.
Уже при подходе к королевским покоям его догнал посыльный от лекаря и сообщил, что лезвие кинжала был смазано ядом пурпурной бестии.
Придя в свои покои, Данис приказал принести ему вина; нет, он не напился, он сидел, пил и не хмелел, а на душе была такая безысходность и смертная тоска!
А в это время Арн метался по своей комнате, бил в стены кулаком и ногами, и на глазах его были слезы. Ему очень нравился Алекс, и Арн хотел бы очень походить на него.
