В этом таинственном тексте мы с вами будем путешествовать между двумя переплетающимися жизнями – Кентийским принцем и его приемным сыном Алексом, обремененным загадочными мистическими способностями. Две судьбы, скрещенные воедино, в одночасье изменят ход истории и не позволят забыть о своем настоящем фамильном происхождении....
Даже кучеру кабину сделали, с дверями и стеклами с обеих сторон и обзором впереди.
Потом проведал сына, он уже пытался ползать, смешно закидывая ручки и коленки. Мы с ним вдвоем поползали, посмеялись, я его поподкидывал и, кстати, узнал, почему не было Ночки рядом с Алым и Кокеткой. Оказывается, она все это время, пока не было меня и таргов, охраняла Виктора. Пришла в его комнату, легла в сторонке и отлучалась только поесть и по физиологическим надобностям, и то очень ненадолго. Те, кто жил в замке, знали, что тарги никого не трогают, но все равно нянечка и служанка спали по очереди.
Когда я появился в замке, Ночка сразу же ушла: дескать, вот, пожалуйста, еще одна нянька для малыша. Только я собирался уйти, как появилась Алексия, она забрала у меня Виктора и стала его целовать и сюсюкаться, а тот или узнал ее, или даже не знаю почему, обхватил ее руками за шею и затих. Мне надо было уже идти, поэтому я поцеловал малыша и пошел заниматься своими делами. Спал эту ночь спокойно, решение я принял, теперь только надо его выполнять.
Утром осмотрел пять групп, которые отобрал барон, затем собрал старших групп и их заместителей и еще раз повторил им задание. Особый упор сделал на быстрый отход после акции.
– Если вдруг задержитесь, начнете геройствовать, потеряете людей, я с вас спрошу за это. Поэтому помните: ударили – отошли, ударили – отошли…Главное, мне важно, чтобы мои люди были живы, целы и здоровы, а количество убитых врагов – дело второе.
После этого я проводил воинов и еще раз повторил, чтобы возвращались все живыми.
Завтра выдвигаются пушкари и остальное войско, даже если неприятель полностью пойдет на столицу, то в половине дня пути от места выхода с русла есть перекресток, на котором дорога расходится: одна идет мимо моего замка, другая – к столице Торвала, третья – в Сармию, ну и та, что идет из империи.
Я завтра тоже ухожу с войском, в замке оставляю тридцать дружинников при четырех пушках, старшим назначил Гюнтера. Он поначалу возмущался: «Как это так, уже вторая военная кампания, а я сижу тут, в замке». Тогда я так ехидненько поинтересовался:
– Скажите мне, а какая у вас должность, господин капитан?
– Начальник охраны замка, ваша светлость, – был мне ответ.
