Автор
Я с удовольствием возвращаюсь домой после учебы, и снова видимость ничуть не изменилась. Мама уже ждет меня у входа, сияющая от радости за каждое слово, а позади — тётя Клава, которую я знала еще с малых лет.
— Яр, садись давай. Обещаю не приставать.
Хмыкнув, девочка недолго сомневается: верить мне на слово или нет. И погрозив мне пальцем ""Только попробуй"", всё-таки тянется к дверце с пассажирской стороны.
* * *Ярина
Эмин привозит нас в кофейню недалеко от дома, где мы живём с бабушкой. Выбрав столик на улице, Эмин заказывает официанту две чашке кофе и пирожное для меня, хотя об этом я его даже не просила.
— Я вся во внимании, — придаю своему голосу сухую официальность, но Керимов смотрит на меня таким проницательным взглядом, отчего я начинаю терять былую уверенность.
— Ты знаешь последние новости?
— Курс доллара взлетел до небес?
— Ясно, — цедит через зубы Керимов. — Хорошо. Спрошу иначе. Когда ты в последний раз разговаривала с отцом?
— Пару дней назад. А что?
— Твоего папу арестовали. И сейчас он сидит в СИЗО.
— Папа в тюрьме?
— Можно сказать и так, — Эмин отвлекается на звонок, который только поступил ему на мобильный. А я быстро хватаюсь за свой телефон и звоню папе.
С замиранием сердца слушаю в трубке гудки.
Чёрт…
Пару дней назад отец звонил мне поздно вечером. Пьяный! Говорил что-то про контрабанду, мол, против него возбудили уголовное дело. Тогда я испугалась. А на следующее утро папа мне перезвонил и сказал, чтоб я не брала дурного в голову. Просто он выпил вчера лишнего и только зря меня напугал, мол, нет ничего, чтоб он не смог решить.
К тому времени, как Эмин заканчивает говорить по телефону и возвращается за столик, я вся уже на нервах.
— Говори, что с папой! — требую я.
— Он в СИЗО, пока будет идти следствие. Но перспективы нехорошие. Есть большая вероятность, что суд вынесет ему приговор. А это лишение свободы на срок от трёх до семи лет.
Чувствую, как с моего лица сползают все краски, а во рту появляется ощущение, будто там полно битого стекла. Это шок! Папу посадят в тюрьму на три года?
— Скажи, что ты шутишь?! Эмин, ну, пожалуйста.
Я вижу по серьёзному взгляду, Эмин не шутит. И от этого моё сердце сжимается до боли. Мне не хочется верить, но несколько минут назад я так и не смогла дозвониться отцу.
— Таким не шутят, Яра, — отрезвляет Эмин.
Зажав рот рукой, пытаюсь подавить всхлип, который рвётся наружу. Не дожидаясь, пока я окончательно разревусь, Эмин подходит ко мне со спины и кладёт ладони на плечи. Я остро реагирую на контакт, вытягиваюсь струной.
