Герой попадает на полуостров Юкатан в древние времена майя. Выдав себя за бога Кетцалькоатля благодаря знаниям и оружию, он начинает менять судьбу индейского племени. Но путь к власти и влиянию полон опасностей, заговоров и испытаний, где каждое решение может изменить историю цивилизации.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Кетцалькоатль (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Герой попадает на полуостров Юкатан в древние времена майя. Выдав себя за бога Кетцалькоатля благодаря знаниям и оружию, он начинает менять судьбу индейского племени. Но путь к власти и влиянию полон опасностей, заговоров и испытаний, где каждое решение может изменить историю цивилизации.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой попадает на полуостров Юкатан в древние времена майя. Выдав себя за бога Кетцалькоатля благодаря знаниям и оружию, он начинает менять судьбу индейского племени. Но путь к власти и влиянию полон опасностей, заговоров и испытаний, где каждое решение может изменить историю цивилизации.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
На столб высотой метров тридцать забираются пять человек. Один садится на вершину и на дудочке исполняет протяжную мелодию. Остальные привязывают ногу к одной из четырех веревок и каждый с одной из сторон квадратной рамы падает вниз головой на пару метров. Рама начинает медленно вращаться, и веревки, намотанные на столб выше нее, разматываются, опуская акробатов все ниже и ниже, и после тринадцати оборотов (тринадцать умножить на четыре равно пятьдесят два — количество лет в календарном цикле) они достигают земли.
Статуэтки людей делали не типовыми, а похожими на заказчика. Были они сборные: голова, руки и ноги вставлялись в пустое туловище, и места соединений замазывались глиной и обжигались. После смерти человека статуэтку разбивали на мелкие части, кроме головы, которую хранили дома, подвесив к потолку. Я сразу вспомнил фотографии умерших родственников на стенах, как было модно в СССР.
Изделия горожан пользовались большим спросом. Сюда приходили или приплывали купцы из многих городов, расположенных иногда за сотни километров. Преобладал бартер. Ни золото, ни жадеит не выступали посредниками в сделках. Единственным, что можно было считать хоть каким-то эквивалентом денег, были обжаренные бобы какао, называемыми здесь какахуатлом, которыми расплачивались за многие покупки. Эти бобы растирают вместе с кукурузными зернами, солью, перцем и другими специями по вкусу, заливают холодной водой, перемешивают, а потом переливают из одного сосуда в другой, пока не появится пенка. Напиток получался густой и несладкий, на привычный мне шоколад, даже горький, совсем не похож, хотя назывался чоколатль (пенная вода). Пьют его только жрецы, знать и воины. Говорят, что напиток улучшает связь с богами и повышает отвагу и мужскую силу. Из мякоти плодов, в которых созревают бобы, делают бражку, используемую во время религиозных мероприятий и не только."
"Камон по приказу главного жреца Хура наменял корзину бобов какао, причем особенных. Оказывается, для важных ритуалов используются только крупные определенных сортов, а остальные служат для менее важных мероприятий и заодно выполняют функцию денег. Во время сделок оценивается величина боба и его состояние. Сморщенные оценивают на четверть дешевле. Раб стоит сотню особых бобов или сто двадцать-сто пятьдесят менее ценных. Существуют и фальшивые бобы. Их потрошат и взамен искусно наполняют глиной, маскируя разрез, отверстие. Поэтому Камон советовал мне постучать один боб о другой (настоящие издают звонкий звук) или помять пальцами (глина мягче). Владеют деревьями какао только знатные люди. Чем выше ранг, тем больше деревьев. То есть у местных буратин есть свои Поля чудес, где растут деньги. В окрестностях Самы какао не водится.
