Так и есть! Светлана Георгиевна.
– Саша, что это значит? У тебя ремонт? Я уже на лестнице почувствовала запах краски.
– Да, заходите, Светлана Георгиевна, я вас не ждала.
– Ты никогда меня не ждешь.
– Я думала, вы вернетесь послезавтра! Только и всего.
Она не слушала меня, а в задумчивости бродила по квартире.
– Зачем такие светлые обои? Это непрактично!
– Зато как красиво! Светло, современно!
– Не понимаю, а где же вся мебель?
– Как – на помойке? Ты что, все выбросила?
– Да! – восторженно подтвердила я. – Выбросила! Вернее, выставила во двор, и кто-то быстренько все забрал.
– Ты сошла с ума! Как ты посмела?
– Ты выбросила сервант? Мой сервант?
– Но он же… совсем рассохся, и вообще… У него дверцы косые были, – начала оправдываться я.
После того как я продала квартиру родителей вместе с мебелью и мы переехали сюда, в однокомнатную квартиру Глебовой тетки со старой советской мебелью, я люто возненавидела этот сервант и с особенным восторгом вышвырнула его из дому.
– А ты знаешь, скольких трудов мне стоило его купить? Я записывалась на него, отмечалась… А как я была счастлива, когда наконец его купила…
– Ну и держали бы его у себя, вы же с ним расстались и отдали сестре. Я не знала, что это музейная ценность, вы никогда не говорили…
– А если бы сказала, ты бы его оставила?
– Нет, но предупредила бы вас, и вы могли бы его забрать, если он дорог вам как память!
– Саша, не смей мне дерзить!
Боже мой, что за человек!
– Ты можешь дать мне чаю?
– Конечно, минутку… Только у меня, наверное, нет лимона.
– Ну еще бы! – обиженно проговорила свекровь. – Глеб звонил?
– Говорит, занят страшно, съемки в основном натурные, в горах.
– В горах? Это опасно! Ты сказала ему, чтобы он одевался теплее?
– Светлана Георгиевна, ему тридцать пять лет, и он сам заинтересован в том, чтобы не простужаться.
– Тебе никогда не понять чувств матери.
Ах, сука! Я бы ей сейчас сказала… Но я промолчу и на этот раз, не желаю скандалов.
– Что еще он говорил?
– Что ему там очень интересно и еще что он ужасно хочет взять меня с собой в следующий раз.
– Что значит – в следующий раз?
– Ему предложили еще одну роль в Италии.
– Так почему же ты молчала? Почему самое главное скрыла?
– Я думала, для вас самое главное, чтобы он не простудился в горах.
– Саша, ревновать мужа к матери очень глупо.
Я уже едва сдерживалась. Как она умеет за четверть часа достать меня до печенок! Наконец она выпила чай, съела два бутерброда и пошла осматривать квартиру.
