— Да не нужна тебе эта никчемная академия! Ведьминский дар и так даст тебе достаточно!
— И все же я хочу учиться в академии, — насупилась я.
На меня редко так откровенно давили. И дело даже не в словах, а в той энергии, что исходила от женщины. Она подавляла и будто пыталась надавить на плечи, говоря «подчинись»! И именно это пробуждало во мне неукротимый дух противоречия.
— И все же я настаиваю на том, чтобы ты покинула академию!
— Эм… Бабушка. А не резко ли вы взялись менять мою жизнь? — и я выдернула, наконец, свою руку.
— Такая же, как и мать, — с сожалением и толикой скрываемой гордости констатировала она.
— У меня замечательная мать, — я встала и отошла от нее подальше. — И вообще, я не понимаю этих ваших разговоров! Их как минимум нужно вести не здесь, — я красноречиво обвела рукой пространство.
— Что ж, в этом ты права. Но я все еще надеюсь, что смогу тебя убедить уже сегодня отправиться со мной в ведьминскую школу, где уже начались занятия. Там мы смогли бы общаться сколько угодно...
«И оттуда меня было бы невозможно выцарапать ни маме, ни деду», — без труда догадалась я.
— Я обдумаю ваше предложение насчет ведьминской школы, но пока принимать настолько важное решение не готова, — выдала самый дипломатичный спич в своей жизни.
Не то чтобы я опасалась спорить с этой женщиной, но как иначе до нее донести, что не собираюсь забывать о даре ходока, и откровенно не нагрубить, уже не знала.
Глаза женщины похолодели:
— Я лучше знаю, что для тебя хорошо. А потому могу принять кое-какие решения и за тебя. Подойдем! Ведьминская школа уже тебя ждет, — она встала, собираясь ухватить меня за локоть.
Однако ей этого не удалось. Прямо передо мной словно из ниоткуда появился Мотя и громко простучал лапами, привлекая к себе внимание.
— Госпожа ведьма, спешу напомнить, что согласно ведьминскому кодексу никто не вправе принуждать к чему-либо другую ведьму, если она не совершила преступление, — пробасил заяц и обнажил в оскале передние зубы.
— Какой интересный фамильяр. Не будь ты таким забавным, я могла бы обидеться, — и резко повела вбок рукой, от чего Мотя, словно пушинка, отлетел и приложился о стену.
— Что вы творите?! — я бросилась к фамильяру и убедилась, что с ним все в порядке, хотя от удара его глаза собрались в кучку и никак не могли вернуться в нормальное состояние.
— Будут мне еще всякие шавки указывать, что делать. Пошли, Варвара. Он нас догонит.