Пробежалась взглядом по её шикарному платью глубокого фиолетового цвета, которое подчёркивало нежный цвет кожи Амалии, её пышные формы в нужных местах и осиную талию…
— Как сказать, как сказать… кто из нас неудачливый, — протянула с наигранно печальным вздохом.
Амалия насторожилась, впившись в меня взглядом своих карих глаз в обрамлении чёрных, густых и пышных ресниц.
— Оливия, — предостерегающе произнёс Тёрнер.
По нему я вообще мазнула яростью. Вместо того чтобы дать словесного пинка этой мадам, он ещё тут с ней лясы точит и мне рот затыкает!
Гиена инквизиторская!
— Не старайтесь, Оливия. Ваши глупые и неудачные намёки не достигли цели. Вам до меня не дотянуться. Никогда, — усмехнулась Охренелли.
— Мне этого и не нужно. Наоборот, упасите меня Великие силы от такого несчастья! И поверьте, леди, я пытаюсь быть милой, но мне сложно оставаться вежливой. Вот гляжу я на вас и на ваше платье и понимаю, что вы выглядите, как гематома в рюшах. Зрелище воистину жалкое. — И сопроводила свою речь спокойным, ничего не значащим тоном. Мол, фи, ты такая кака мерзкая, что я ни на секунду не желаю быть на тебя похожа.
— Это платье сшил сам Пол Омар!!! Ты-ы-ы! Неотёсанная и глупая деревещина! Да мой наряд стоит больше твоего дома! А ты! Ты — ужасная ошибка! — вспылила Амалия, побагровев и утратив всё своё достоинство леди. Её визг пронёсся по ресторану, и воцарилась звенящая тишина.
А красные пятна леди, ой, как совсем не шли. Она сейчас выглядела так ужасно! И мне стало так весело, что я не смогла сдержаться и расплылась в довольной улыбке.
Амалия сейчас была похожа на взбесившуюся кошару: верхняя губа чуть приподнялась, обнажая белые жемчужины ровных зубов; красные пятна ярости стали ещё ярче, пылая и распускаясь, подобно ядовитым цветам и перебрались пятнышки ей на шею и откровенное декольте.
И поверьте, сейчас эта дамочка выглядела совсем непривлекательно.
— Амалия, успокойся, — сказал ей Джон. — Сядь за свой столик и выпей воды. Или, если желаешь, я скажу, чтобы тебя проводили до твоей повозки или вызвали экипаж, чтобы…
— Отвали! — отмахнулась она от вежливого Джона.
У того даже лицо изменилось, став жёстче и резче. Ага, не понравилось, да! Вот так-то.
— Советую вам удалиться за свой столик или вовсе покинуть это заведение, пока не произошла чудовищная ошибка между моей ногой и вашим фиолетовым задом. — Сказала ей ровным тоном и сложила руки на груди.
