В голове мелькнула мысль, что он стыдится своей второй формы, и если бы не обморочная хозяйка, он бы оседлал кайрана, а не тащил меня на руках. В лицо бил ветер, солнечный свет слепил, соленый запах моря ощущался особенно остро.
Тело отяжелело и тянуло весом вниз, к земле, как средневековую ведьму, которой привязали на шею камень. Только в груди горело незнакомое пламя.
На несколько секунд я провалилась в темноту, а когда открыла глаза, то обнаружила себя щекой на подушке, закутанная по уши в покрывало. На краешке кровати тихо играла Лиле, а рядом суетилась Рене.
Она вдруг заметила мой взгляд и вспыхнула, как свечка, от радости, даже руками всплеснула:
— Вы пришли в себя, вейра! А я уж перепугалась! Лиле, беги к вейру Тальфу, скажи, что Хозяйка очнулась! Матери не говори, не отвлекай ее.
Лиле — на редкость замкнутый ребенок — без единого слова обхватила меня тонкими ручками, а после сцапала свою куклу и умчалась. У меня по лицу расползлась глупая счастливая улыбка. Ах, все-таки дети огромная радость.
Ага. И одного ребенка я недавно собственными руками перевела в разряд смертников. Улыбка тут же померкла. Хмуро поднялась с кровати, чувствуя себя усталой, но на удивление здоровой.
У Милоша волшебные руки, если после его лекарства возможно не просто шевелиться, а ходить и подпрыгивать, да еще и вынести экзекуцию с повторным одеванием. Впрочем, когда Рене достала голубой наряд, который я за жесткий корсет и обилие колючих лент прозвала Железной Девой, дала слабину и взмолилась:
— Давай другое! Хотя бы без корсета.
Рене уставилась на меня лукавыми рыжевато-кофейными глазами:
— Вы же в охотничий домик пойдете! Я все знаю, мне вейра Фирре сказала прибрать вас, как следует. Кто ж ходит на свидание в домашнем платье? Надо непременно в голубом.
Непременно голубое платье еще неделю назад сшила Дорин, и долго убивалась, что генерал уехал на границу, не успев увидеть меня в нем. А я была настолько загружена работой, что не контролировала свой гардероб. Успею еще.
Цвет дрянь, конечно, зато хорошего кроя и без корсета. А так же без горячо любимых драконами рюш, цветков и воланчиков. Рене с тоской налюбовавшись на наряды, принесла таки желтое, после уложила мне волосы и повеселела. Платье и впрямь неплохо на мне сидело. Скрадывало бледность и синеву под глазами, а заодно и отощавший силуэт.
— Бегите на свидание, госпожа, а то генерал заждался, — сказала она весело. — Я положила вам в корзину немного мяса, хлеба и вино из тайного погреба.
Ого. Генерал меня уже ждет, мне всучили вино, а встречу называют свиданием. Мне явно известно далеко не все о наших отношениях. Я вопросительно взглянула на Рене, и та тут же объяснила:
— Вейра Фирре просила передать, что генерал уже связался с Гнездом и ждет вас.