Он хотел покинуть клан, сняв с себя бремя придворного драконира, чтобы сосредоточиться на экспериментах, а мне хотелось заполучить юридически грамотного управляющего.
— Меня-то с собой возьмешь? — ревниво уточнил Окли, глядя на нас с Милошем.
Я только рассмеялась.
— И тебя, и твою маму заберем, дай только срок. А теперь сбегай, приведи ко мне одну девушку. Швейку Дорин.
Окли отсалютовал потрепанной кепкой и выпрыгнул в окно. Как он объяснил, напрямую к поместью было намного ближе, чем обходить весь храм.
— Я тоже пойду, вейра Бельх, — скомкано попрощался Милош. — Собираться буду.
Уши у него пылали, как осенние костры, щеки тоже налились краснотой, и он все время прятал глаза. И только когда он ушел, я сообразила в чем дело.
Мне выдали пару больничных платьев, но у всех у них был вырез чуть ли не до пупка. Как объяснил брат Понти, это для лучшего доступа к магическим жилам, в случае, если дракону потребуется быстрая помощь. В обычной ситуации их шнуровали до ключиц, а я до ночи разбиралась с бумагами и ворот ослаб, открывая часть груди. Не хотела, а смутила молодого дракона.
Я снова улеглась в кровать, обдумывая грядущее будущее.
До этого дня выживание в пещере Арахны было моей конечной целью. Планы на жизнь после пещеры у меня просто отсутствовали, и теперь, лежа с закрытыми глазами, я терпеливо воссоздавала свою жизнь с нуля. Жизнь, в которой больше не будет сожалений.
До меня настолько никому не было дела, что я решилась. Выпросила у храмовников наиболее приличное платье, зашнуровалась по этикету и решительным шагом направилась к поместью. Настроение у меня было отличное.
Мне удалось договориться с Дорин, которая тайком от нервной хозяйки заверила меня в своей преданности.
— Не буду лгать, придется сложно, — объяснила я положение дел мнущейся на пороге моей тюремной комнатушки симпатичной вее. — Я еду в земли, где почти наверняка забот полон рот, и мне нужна талантливая швейка. Платить буду немного первое время, но могу пообещать тебе кров и защиту. На моей земле никто не посмеет обидеть тебя или твою семью.
Глаза у Дорин были на мокром месте, на левой щеке красовался свежий ожог, и я очень сомневалась, что несчастная вея упала лицом на горячую кастрюлю. Такие ожоги обычно оставляют щипцы. Получалось, дурной нрав Лети сыграл мне добрую службу. Если бы она прилично относилась к своим горничным, они бы не бежали от нее в глухомань со ссыльной герцогиней.
— Мы согласны, — тут же заверила меня Дорин. — И муж согласен, и дети хоть выдохнут. Старшенькую на посуду поставили помогать, а у нее уж руки не отказывают. Ей всего восемь, маленькая. Только, вы уж попросите супруга, вейра Бельх, иначе не отпустят. Контракт у мужа.
Сжав губы, кивнула.