Закончив фразу, он поправил ремень своей винтовки и пошел в обход детского сада, где, по причине недостроенности стены, несла дежурство большая часть воинства клана. Бер двинулся к котельной, которую по внешнему периметру и на крыше охраняли оставшиеся солдаты Быстрицкого.
– Ты видишь? Воины этого шхаса на рычащих повозках покинули свою крепость. Мчись быстрее ветра к Надзирающему. Скажи, что нежнокожие разделились и что среди уехавших могущественного шхаса нежнокожих нет.
– Шшшш! Сделаю. Слава прайду!
– Слава! – Старший нетерпеливо ударил хвостом подчиненного.
Тот, боясь гнева старшего, рванулся исполнять приказ.
Спустя полчаса посланец раболепно стоял на локтях и коленях перед Надзирающим за Охотой, самим Шшхаром.
– О пожиратель низших! – Хвост воина хашш поджался и выпрямился в униженном приветствии. – Позволь недостойному донести до разума твоего весть от моего старшего.
Шшхар клацнул зубами, давая разрешение.
– Крепость, где обитает обнаруженный нами шхас нежнокожих, осталась слабо защищенной. Два отряда по четыре руки покинули обитель. Прикажете напасть? – Посланник низко склонил голову в ожидании.
Не обращая внимания на свиту и застывшего у ног воина, Шшхар задумался.
«Похоже, следует избавиться от этой угрозы, нежнокожие и так достаточно сильны своими громовыми палками, пожалуй, даже сильнее, чем извечные наши враги ишхиды (будь они прокляты на все времена, да сгорят леса их!). Так не вовремя донесли об этом шхасе, ай как не вовремя! Придется докладывать Наказующему, а он по хвосту не погладит. Ибо там, где есть один шхас нежнокожих, появятся и другие. А чужие шхасы – большая проблема. – Надзирающий нервно забил по земле хвостом. – Охота проходит не очень удачно. Почти половина воинов потеряна, даже огненные метатели, захваченные в прошлом походе на ишхидов, не помогают, а собственных шхасов слишком мало, чтобы покорить вкусных низших…» При этой мысли в желудке Шшхара заурчало. Он покосился на нескольких связанных нежнокожих, валявшихся на земле под неусыпной охраной, и подал знак прислужнику подвести молодую самку, захваченную сегодня на восходе.
Самку подхватили под руки и подтащили к Надзирающему. От страха и побоев та почти ничего не соображала, лишь безумно вращала своими отвратительными глазами и издавала неприятные стоны. Шшхар наклонился к пленнице и обнюхал ее. Запах ему понравился, ароматный запах затравленной добычи. Он царапнул когтем щеку девушки и лизнул выступившую кровь.
