…Даже улица не привела ее в чувство: перед глазами плыли круги, сухость во рту, к которой она успела привыкнуть за последние несколько дней, усилилась. Но ярость не проходила, она отступила в мрачные глубины организма и теперь накатывала на Ольгу волнами.
Она с трудом добралась до коттеджа.
Ольга вдруг подумала о том, что забыла взять ключи (ничего подобного с ней не случалось никогда раньше), но ключи бы и не понадобились.
Дверь была открыта, Тем лучше, значит, Марк дома, и теперь у нее будет повод поговорить с ним серьезно.
Марк действительно оказался дома.
Он сидел за компьютером и сосредоточенно набирал какой-то текст: губы его шевелились, а на безмятежном лбу залегла горизонтальная складка.
— Стряпаешь историю болезни, милый? — Голос Ольги не предвещал ничего хорошего. — И что, интересно, мы имеем в анамнезе? Параноидальное состояние? Мания преследования? Навязчивые идеи? Больная желает знать всю правду, перед тем как угнездиться в «желтом доме».
— О чем ты, кара? — Он поднял голову и непонимающе посмотрел на Ольгу.
— Ты прекрасно знаешь о чем! — наконец-то она сорвалась на крик. — Втихаря бегаешь к этому придурковатому плейбою-доктору и стучишь на мое тяжелое психическое состояние. Я видела тебя там.
— У тебя действительно навязчивые идеи, кара, — со скрытой злостью сказал он. — Я устал тебя успокаивать.
— Нисколько в этом не сомневаюсь. Я даже знаю, что ты сейчас сделаешь. Закончишь строчить донос на меня и отправишь электронной почтой отцу. Пусть знает, что у него дочь-шизофреничка!
Похоже, все это время он давал себе слово держать себя в руках; уговаривал себя, стоя под душем; уговаривал себя, сидя на унитазе; уговаривал себя, лежа в кровати, — не волнуйся, Марк, если ничем нельзя помочь, то лучше переждать.
Но пережидать бессмысленные выходки жены ему явно расхотелось. Он вскочил из-за стола и бросил ей в лицо:
— Черт возьми, кара! Я хотел, я пытался… Но ты действительно ведешь себя как идиотка. Иди и посмотри, что я пишу!
Подчиняясь его взвинченному тону, она подошла к столу и заглянула в компьютер: на экране мерцали колонки цифр.
— Ты поняла? — Ее ярость передалась Марку, и он с наслаждением ею воспользовался. — Я просто работаю, я отслеживаю одну из сделок по поручению твоего отца… А с самого утра улаживал последствия твоих ночных подвигов! Хочешь знать, во сколько нам это обошлось, не говоря уже о моральных издержках?! Один визит к этой астигматичке чего стоил…
— Марк, пожалуйста, — Ольга подняла руку, защищаясь, но Марка уже невозможно было остановить.
— И ты… Ты не нашла ничего другого, кроме как попытаться отравить мне существование…
Лучше бы он этого не говорил.
Ольга моментально сникла и поплелась в ванную. На полочке по-прежнему стояла коробочка с нитразепамом.