Ольга была уверена, скажи Инка отцу: «Игорь, брось к чертовой матери этот свой нефтяной бизнес, и уедем в заповедник Аскания-Нова выращивать фазанов», — он бы согласился.
Он бы согласился на все: на должность егеря, на должность матроса каботажного флота, на должность директора парка аттракционов — лишь бы она оставалась с ним. К счастью, Инке даже в голову не приходило оставить Москву; единственное, о чем она могла попросить его: «Почему бы тебе не стать пэром Англии, милый?» Отец любил Инку со всем сдержанно-истерическим пылом стареющего мужчины. Но он никогда не был смешон в своей любви, и это нивелировало почти тридцатилетнюю разницу в годах.
Что будет, когда он узнает? Ольга поежилась. Если хотя бы один волосок упадет с головы Инки, если хотя бы одна косточка не встанет на место, — он разнесет этот курорт к чертовой матери… А пофигист Артем Львович… Лучше даже и не думать о его горестной судьбе.
Неожиданно Ольга почувствовала, что ее клонит в сон: сопротивляться этому не было никакой возможности. Напрасно она приняла нитразепам, но кто же знал, что все так обернется?..
— Что с тобой, кара? — спросил Марк.
— Я же приняла снотворное, милый, — жалобно сказала Ольга, — и теперь я ужасно хочу спать… Представляю, как чудовищно это выглядит со стороны. Завалиться в берлогу в такой момент… Инка бы меня не простила.
— Ничего не чудовищно, кара. Вот что, ложись-ка ты на кушетку и поспи. А Инке мы ничего не скажем.
— А ты думаешь по-другому?
Он ласково приобнял ее за плечи и отвел к кушетке. Когда Ольга улеглась, свернувшись калачиком, он прикрыл ее пледом. Впервые за последние дни все существо ее погрузилось в относительный покой. Казалось, несчастье, произошедшее с Инкой, снова сблизило их, прежние болезненные подозрения были забыты, а на ее рефлексии по поводу душевного здоровья теперь можно было просто наплевать.
— Все будет хорошо, Марк, — сказала она, нашла его руку и пожала ее. — А ты? Что ты собираешься делать?
— Возможно, свяжусь с Игорем, — осторожно подбирая слова, сказал Марк.
— С папой? — Ольга даже приподнялась. — Стоит ли? А вдруг ничего серьезного? Ведь этот врач сказал, что еще неясно…
— Таких Айболитов нужно отстреливать в специально оборудованных тирах. А если что-нибудь с позвоночником и мы просто теряем здесь время?
— Может быть, стоит подождать хотя бы несколько часов? Пусть Инка проснется…
— Не знаю, — Марк уклонился от ответа.
Теперь Ольге стало ясно, почему так волновался Марк, почему он развил такую бурную деятельность: все дело не в Инке, а в ее муже и Ольгином отце, непосредственном начальнике Марка.