«Странно иногда поворачивается жизнь, — подумала Ольга. — Они покусывают друг друга так, как будто ничего не произошло. Как будто Инка не лежит в своей кровати обездвиженная. Может быть, шок после падения еще не прошел, и она не вполне осознает серьезность положения? Или положение не настолько серьезно? А если настолько — значит, Марк просто жестоко подыгрывает ей — жестоко и точно, как в боях без правил. Чтобы она не думала о возможных последствиях возможных травм. Но если она до сих пор не может встать на ноги, если она даже не чувствует их…» — Ольга даже похолодела от такой мысли.
— Инка. — Она снова потянулась к подруге, аккуратно обняла ее и сказала без всякой логики: — Я тебя очень люблю.
— Неужели все настолько серьезно и я больше никогда не встану? — попыталась улыбнуться Инка: ну, конечно, она осталась сама собой, и ничто не в силах ее изменить.
— Самое серьезное уже позади, — начал было Марк. — Морг ты благополучно промахнула. А когда оклемаешься, прибьем на этой двери табличку: «При съемке фильма ни одно животное не пострадало».
Инка не успела ответить колкостью — на тумбочке рядом с кроватью зазвонил телефон. Инка инстинктивно потянулась к нему и застонала: пока ничего с резкими движениями не получится. Это ясно.
Марк снял трубку и некоторое время сосредоточенно молчал.
— Понятно, — сказал наконец он. — Мы выходим.
— Что? — спросила Ольга.
— Ну, дщери мои, готовьтесь. Только что передали по инстанциям: Игорь нашел борт и сейчас уже на подлете. Минут через двадцать будет здесь.
Инка залилась краской. Видно было, что она ждет прилета мужа и боится его.
— Дай мне, пожалуйста, мою косметичку, Лелишна, — виновато попросила она.
— Самое время, — ухмыльнулся Марк.
— К приезду мужа я должна быть во всеоружии.
— Ты и так уже во всеоружии. Можно сказать, экипировалась от лодыжек до крестца.
Нет, сегодня все-таки не его день. Шутит он неудачно. На редкость неудачно.
Ольга поцеловала Инку, Марк же ограничился легким кивком и похлопыванием по складкам одеяла: держите себя в руках, миледи, если уж ноги вам отказали. Инка остановила Ольгу у самых дверей:
— Жду тебя в вестибюле, — шепнул жене Марк, скрываясь за дверью.
— Лелишна, — снова позвала Инка.
Ольга склонилась над ней и взъерошила ее короткие темные волосы — экстремальный вариант, воинствующий унисекс, лоснящаяся шкурка породистого зверька.
— Как я выгляжу, Лелишна?
— Правда? А почему не отлично?
— Потому что ты неисправимая кокетка, Инка.
— Я бы даже сказал больше, — Марк все-таки просунул голову в дверь и отыграл подачу, — она будет кокетничать даже в гробу и строить зазевавшимся червям пустые глазницы.
— Лелишна, будь любезна, передай своему мужу, а моему зятю, что он ублюдок.