Кто из нас больше виноват в том, о чем я собиралась спросить?
– Как давно ты делишь ложе с Радхой?
Он выпрямился. Выпучил на меня глаза.
– Еще не хватало… она же ребенок!
– Я поверила тебе, когда встретила тебя с той девочкой. Думала, ты помогаешь женщинам. А ты и тогда мне соврал, и сейчас врешь!
– Я к твоей сестре даже не прикасался! – Он отвернулся, потер руки. – Хотя она, конечно, предлагала себя…
Нижняя губа Хари налилась кровью, и он осторожно провел по ней языком.
– Она пришла в мою деревню, посулила мне денег, если я отвезу ее к тебе. Я не поверил. Тогда она предложила, мол, делай со мной что хочешь. – Он вызывающе вздернул подбородок. – И я мог бы воспользоваться ею, но я этого не сделал. Я не такой.
– Тогда как она забеременела?
Он разинул рот от изумления.
– Скоро уже живот виден будет.
– Нет! – Хари покачал головой.
Он встал, подошел ко мне, опустился на корточки, взял меня за руки.
– Лакшми, я тут ни при чем.
Если бы он врал, прикрывал бы шрам на подбородке.
С тех пор как я начала работать во дворце, воспоминания мои затуманились; мы с Радхой стали видеться реже и недолго. Если она была не в школе и не у Канты, тогда где ее носило?
– Она приехала в Джайпур вся в синяках.
– Мы ехали не на поезде. Твоими деньгами я заплатил долги. Добирались на попутных грузовиках, крестьянских повозках. – Он сглотнул. – Как-то раз остановили грузовик с овцами. Водитель отлучился отлить, я тоже пошел, возвращаюсь, а он… – Хари стрельнул в меня глазами и отвернулся. – Но я ему помешал. Ничего не было. Радха не пострадала.
С улицы доносился смех, болтовня. Мы долго молчали.
Наконец Хари спросил:
– От ее ребенка ты тоже избавишься? Как избавлялась от наших детей?
Я отняла руку от глаз, воззрилась на него.
– Ты избавлялась от наших детей. Почему? – У него дрожали губы.
На глаза Хари навернулись слезы.
– Маа знала, чем ты занимаешься. – Он сложил ладони. – Как ты могла?
– Не говори глупости.
– Наши дети были даром Бхагвана.
Мать Хари открыла мне глаза. Как ему объяснить?
Хари встал, принялся мерить шагами комнату.
– Я думал, ты ушла к другому. Думал… что я только не думал. Что тебя убили. Что твой труп валяется в канаве. Что тебе руки-ноги переломали, что ты захворала. Везде тебя искал. Ночей не спал. Работать не мог. А Маа… – он посмотрел на меня: во взгляде его читалась боль. – Она так и не оправилась от твоего ухода.
Я вытерла глаза, нос.
– Ты не стоишь ее мизинца, – сказала я Хари.
Глаза его вспыхнули от злости.