В тёмном лагере бывших рабов напряжение кипит невыносимо — молчаливая толпа, глядящая вниз с суровыми взглядами. Молнии на небе несутся рядом, дождя всё ещё нет, но предчувствие бури ясно чувствуется. В каждом глазе щёлкает напуганный огонек — как будто люди знают, что настало время действовать без лишних слов.
Все происходило на ходу, Саня отдал общий приказ, а я продолжал инструктировать:
— Реплицируется урод, бьешь его сразу мечом Текеши — он две попытки снимает. И дальше я, чтобы тебе репутацию лишний раз не портить. До обнуления, скорее всего выпадут заряды, — в этом имелись огромные сомнения.
— Понял!"
"К неудовольствию отметил, что за нами прицепилась и Хенкок. Вот девка неугомонная, но пусть насладится зрелищем конца всего из первых рядов. В случае чего. Еще хотелось держать ее поблизости. Очень и очень близко. И задание через трое суток на проверку ее профессионализма я придумал.
Призма мигнула практически в тот момент, когда мы добрались до основания. Вывалился наш противник. Голый, растерянный, явно ничего не понимающий. Он сейчас стоял на коленях и озирался по сторонам. На глазах выступили слезы. Парень был жалок донельзя.
Заместитель обмер с занесенным мечом в руках, встретившись взглядом с жертвой.
Ладно, это все грехи на моей совести.
Главное — время.
А именно те секунды, дающиеся на выбор место и непосредственно самого возрождения.
— Саня, мля! Руби, сука! — заорал, а тот с расширенными глазами, будто зомби, но нанес отлично поставленный удар по цыплячьей шее.
Лезвие клинка легко, словно ее и не существовало, преодолело плоть и позвонки, высекло искры из поверхности. Дальше кровь фонтаном, голова покатилась по постаменту, а голое тело билось в предсмертных судорогах.
И неожиданно побледневший донельзя зам. Хрен с его рефлексиями! Надо его прокачивать. Нужно! Не для меня, для дела.
Еще несколько таких длительных томительных мига. И вновь охотник возник перед нами. Я опустил на затылок молот. Мало наковальной тяжести орудия, так еще и способность прошла. Окатив нас потоками разорванной плоти, раздробленных костей и, конечно, крови, мозгов, кишок. Обдало вонью.
Саня шлем на «Охотнике» не активировал, поэтому выплеснул содержимое желудка сразу, едва это месиво попало ему на лицо. А вот Боа вообще осталась равнодушной к данной картине. И процедуре. Хотя на ее долю пришлось гораздо больше «останков» от тела Трех Семерок.
Но это отмечал краем глаза. Я пока выигрывал. Моя паранойя — красавица! Рядом материализовалось три шара размерами с хороший добрый школьный глобус. Точнее полусферы соединенные цилиндром меньшего диаметра по центру. Цвет конструкции — баклажанный, по поверхности постоянно пробегала вязь незнакомых символов или еще какой-то невнятной хрени.
