Работники тоже оставались в неизвестности, хотя именно они обнаружили тела, когда заметили, что кровь просачивается через щели и пропитывает серые плитки подвесного потолка.
Ника каждый раз прибывал слишком поздно, но до этого раза убийцы не делили семью на две части. То что ни придут за остальным после того как убили Лукаса, он не сомневался. Поэтому он решил дождаться их появления в дома семьи Лидас, но не вступать в бой. Противник был совсем не известен, а рисковать своей головой ради кучки тощих обколотых подростков и их охраны он не собирался.
Их судьба решена, без своего отца они не выживут. Без его защиты слишком многие враги захотят отыграться на них за нечестный бизнес Лукаса Лидаса. Так что чуть раньше или же чуть позже они все равно умрут, а охранять их богатые задницы Ника не нанимался. Куда важнее было выяснить виновника смертей и уничтожить, не допустив новых жертв. Именно за это ему и платят. Именно за это взялся наемник Кисса.
Ника усмехнулся. Его прозвище прочно прикрепилось за ним и стало вторым именем.
Он его приобрел когда еще был проституткой на грязных улицах Денвера. Какой-то умник-пидорас сравнил его с отшельником, жившим на Британских островах за его отчужденность от всех и решил пошутить, что Кисса очень похоже на киса… Кисса-Киса… очень смешно… Его кошачьи оранжевые глаза и нелюдимость приклеили к нему это бабское название, к которому он еще долго привыкал, но будучи оборотнем совсем не сопротивлялся."
"Теперь же он использовал его для своей личины наемника и лишь единицы знали его настоящее имя.
Да и сам Ника не знал. Только Ника, ни фамилии, ни адреса, ничего. А после того избиения и изнасилования вообще потерял все человеческое в себе. В первое же полнолуние он, повинуясь инстинкту, убежал в лес и там, в страшных муках превратился в небольшого черного леопарда. Наслаждаясь свободой и природой как никогда раньше, он несколько дней пробыл в животном облике, не зная как вернуться обратно. Он уже почти перестал мыслить, когда вдруг животное сдалось, и он вернулся в свое тощее, мальчишечье тело.
И с тех пор у него появились эти кошачьи оранжевые глаза, которые иногда выцветали до карих. Когда его нашли и вернули обратно, предварительно хорошенько избив за побег, он решил уйти с улиц раз и на всегда. Пробыв еще два месяца на улице в качестве шлюхи и подавалы, он удрал в другой город, где с трудом устроился уборщиком в бордель. Платили мало, били, но хоть не имели. Вот так перебиваясь и учась, он смог выжить и вырасти.
