Воду монетами, спрятанными под полы учителя-католика, Евгений Степанович бросал в реку, надеясь, что они не пропадут и помогут его тайной церемонии. В этом эпизоде, как в истории Лжедевушки, он демонстрирует свое искушение — отступление от православия ради ближнего. Пролог предвещает заговор последних Романовых, где каждый шаг обречен на подрыв царской власти....
Проныра, одним словом, и не поймешь, что ему нужно. То ли шантажировать собирался, то ли просто жене заложить. Не знаю.
Наевшись пирожков, Денис отправился на колбасную фабрику, где прежде трудилась Ирина Григорьевна.
— Севрюгина, Ирина Григорьевна? Ну как же, помню, — покивал хозяин фабрики. Фабрика оказалась на удивление небольшой и даже больше смахивала на цех, чем на полноценную фабрику. — Очень мы огорчились, когда она уволилась.
— Как уволилась? Ее же сократили?
— Да что вы! Ведущего специалиста? — рассмеялся упитанный, похожий на сардельку директор, он же владелец.
— А что же было в той колбасе, если в ней мяса не было? — полюбопытствовал Денис, очень уважавший колбаску и теперь порядком озадаченный признанием директора.
— А вот этого вам знать не обязательно, это наша производственная тайна. Все ТО, техусловия то бишь, у нас согласованы, патенты получены, работаем легально, — мгновенно насупившись, протарахтел директор.
Больше Денису у него выяснить ничего не удалось.
Оставалась дочь Ирины Григорьевны. К ней-то Денис и направился.
— Я не понимаю, что вы хотите от меня услышать? — недовольно пожимала плечами Ольга. Она Дениса даже в комнату не пригласила, так и держала в дверях. В отличие от Ирины Григорьевны Ольга была очень сухой. Нелюбезной. И вообще, производила впечатление человека замкнутого и неприятного, и даже внешность у нее была какая-то нелюдимая.
— Я ваших Пановых вообще не знала и в глаза никогда не видела. Почему мать пошла к ним работать, понятия не имею. Я лично была против. Но она сказала, что устала вставать каждый день ни свет ни заря и тащиться через весь город на работу. Работа здесь легче, деньги те же, а свободного времени больше.
— И все?
— И все.
— А племянник Ирины Григорьевны у нее давно живет? Он что за человек? Чем занимается?
— Понятия не имею.
Очень красноречиво. Денис открыл было рот, чтобы еще что-нибудь спросить, но его уже настойчиво толкали к двери.
— А муж у вас кем работает, он вам, что же, не помогает?
— Водитель он, дальнобойщик. Некогда ему. — И двери захлопнулись.
