Автор
В темном зале кромешной ночи Рэм ощущает прикосновение холодного дыхания огромной ящерицы. Его кожа раскалывается от жжения, когда она соскальзывает с шеи, и кровь стекает по его телу. Перед глазами мелькают последние свидетельства ужаса — царапины, бинты, шипение в темноте, которое отгоняет кошмары. Клан Пепельного Шторма — вот где искать спасение......
Рэм такого удовольствия брату не доставил. И так было ясно, что позади — кровники.
— Оставь меня в покое, — процедил он. — Благодаря твоему отцу я теперь никто. Но это не навсегда.
— Я убью тебя здесь и сейчас, — рыкнул Баки.
— Не посмеешь, — фыркнул Рэм, лихорадочно соображая, что он может противопоставить трем кровным гончим и магии брата.
Точки силы все еще чувствовались приглушенно. Еще несколько дней назад они с Баки сражались на равных, но сейчас перевес был явно на стороне противника. Дядюшка постарался не оставить ему не единого шанса.
Красная вспышка за спиной стала неожиданностью для всех троих. Глаза Баки стали круглыми, как плошки. Игу изумленно выдохнул. Рэм не выдержал и обернулся. От трех кровников остались только багровые лужи на земле. Над ними потрескивали красноватые молнии. Великолепный игреневый жеребец опустил голову и с интересом обнюхал останки тварей, а затем брезгливо переступил через лужи. На его спине сидел статный человек в сером камзоле с высоким воротником.
Блондин в этот момент усмехнулся:
— Прошу прощения, господа. Кажется, я случайно уничтожил ваших… питомцев. Впрочем, должен предупредить — король не приветствует дуэли адептов в окрестностях Академии.
— Мы не адепты, — насупился Баки.
— Смертоубийство молодых людей вне вступительных экзаменов Его Величество не приемлет, — доверительно сообщил незнакомец. — Так что не советую вам продолжать ссору. Сегодня последний день для записи в Академию. Думаю, вам стоит поспешить.
— С кем имею честь? — подозрительно спросил Игу.
Рэм ждал, что им назовут имя. Но к его удивлению, блондин только лучезарно улыбнулся и оттянул воротник, обнажая клановую татуировку на шее. Все трое потеряли дар речи.
Рэм обескураженно повернулся к Игу и спросил:
— Это что, правда был он?
Тот серьезно кивнул:
— Юги Мирэ. Багровая Молния Мирэ.
